Седов закрепился у ближайшего поручня.

— Что получили?

Левицкий показал экран.

— Передача по каналу внекорабельной связи. Меньше двух минут назад со скафандрового устройства. Кто им сейчас пользуется — неизвестно.

— Включи запись.

Ян запустил аудио.

Сначала в динамиках зашипело, затем раздался голос. Мужской. Хриплый, тихий. Человек говорил медленно, будто давно отвык произносить слова вслух, и не верил, что на этот раз его кто-то услышит.

— Меня кто-нибудь слышит?.. Приём.

Короткая пауза.

— Если это кто-то получает… пожалуйста, ответьте.

Ещё несколько секунд тишины.

А потом совсем тихо, почти умоляюще:

— Пожалуйста. Я здесь.

Запись закончилась.

Первым молчание нарушил Седов.

— Мы можем ему ответить?

Левицкий перевёл взгляд на служебные данные канала.

— Должны. Узел двусторонний. Если передатчик всё ещё находится в зоне связи, обратный канал пройдёт тем же маршрутом.

— Должны или можем?

Ян быстро открыл настройки соединения.

— Сейчас узнаем. — Он поковырялся в терминале. — Есть обратный путь.

Седов подтянулся ближе.

— Дай мне связь.

Левицкий переключил внекорабельный канал на аудиосистему отсека и проверил обратную передачу.

— Готово. Если он где-то рядом со своим устройством, услышит.

Седов наклонился к терминалу.

— Говорит Виктор Седов, командир корабля “Скайларк”. Вы меня слышите?

Сперва ответа не было. Потом в динамике появились слабые помехи.

— Что?..

Голос был тот же, но теперь в нём впервые послышалось что-то живое.

— Повторите. Пожалуйста.

— Это “Скайларк”. Мы у “Горизонта”. Слышим вас хорошо. Как вас зовут?

— Илья. Илья Воронцов.

Седов быстро посмотрел на Келлера. Тот уже искал имя в списке экипажа.

— Илья, вы меня хорошо слышите?

На той стороне послышался прерывистый вдох.

— Да. Да, я слышу. Вы правда здесь? Рядом со станцией?

— Мы прибыли для эвакуации экипажа “Горизонта”.

Несколько секунд человек молчал.

— Вы пристыковались?

— Да. Мы уже соединены со станцией.

В динамике снова раздался резкий вдох.

— Господи. Господи…

Потом короткий смешок — совершенно неуместный и оттого ещё более понятный.

— Я знал. Я знал, что кто-нибудь прилетит. Господи… спасибо.

— Вы можете рассказать, что произошло на станции?

На этот раз пауза затянулась.

— Она… закрылась.

— Что именно значит “закрылась”?

— Всё. Двери. Связь. Системы начали отключаться друг от друга. Потом… — человек замолчал. — Простите. Я не всё хорошо помню. Иногда мысли путаются.

Вера чуть заметно подняла голову.

— Но я записывал, — быстро добавил он. — Всё, что происходило. Я старался записывать. У меня всё есть. Я вам покажу. Когда вы придёте, покажу всё.