Весил Дима почти 120 килограмм. Гора переплетённых мускулов. Шварценеггер слюни бы пустил от зависти. И рюкзак под стать. На такую тушу мост явно не был рассчитан, но, судя по всему, в тот день сам Боженька вступился за Диму. В темечко поцеловал.

Лопнули старые лианы, когда Дарс практически уже дошёл до края. Хорошо разорвало — раздался звук ломающихся веток, как при падении спиленного дерева. Каким образом Дима успел отреагировать никто и не понял. Он сделал стремительный прыжок с уже рушившегося моста и повис на одной руке чуть ниже вершины, на которой стояли мы.

Ванька Клёпа, и куда он со своим весом кинулся вообще непонятно, повис над пропастью, ухватив бугая за кисть, и наверняка оба сверглись бы вниз, но тут уж и я отреагировал. Плюхнулся на землю, намертво уцепившись за Ванькины ноги, а в следующую секунду меня едва не раздавил Кудряш, навалившись всей своей массой. Только подумать успел: хорошо, что рюкзак не снял, потому как мог Дима, всех троих утащить в гости к крокодилам. Запросто. Да и с рюкзаком чувствовал, как нас тащит к краю. А Андрей, вперёд прошёл, убедиться, что нас никто не пасёт. А потом над обрывом появилось красное от натуги Димкино лицо, и мгновение спустя его крепкие руки оттащили нас в сторону. И мы ещё минут двадцать лежали не в силах подняться на ноги и негромко посмеивались над Ванькой, который сидел с белым лицом, перепугано хлопая глазами. Не удивительно, висел не меньше минуты в воздухе головой вниз и успел рассмотреть зелёных тварей внимательно. И сердце, небось, ухнуло в самые пятки. Но с тех пор за ним наглухо закрепилось прозвище «Кабан».

А потом кто-то ударил железом об железо, и мозг разорвала заунывная мелодия камеры. На улице уже было светло, и я с удивлением обнаружил, что проспал, по крайней мере, часов десять, не меньше.

Я вспомнил весь сон, в мельчайших подробностях, и сразу на ум пришли слова старой цыганки, которая клятвенно заверяла, что сны из прошлого приносят удачу и предвещают скорейшие перемены.

Вот только сомнительно было, что они применимы к нашим реалиям.

Дженни и Элен о чём-то возмущённо заговорили, а Дэйо испуганно вскрикнула. Конечно, в диковинку, таких звуков ей наверняка слышать не приходилось. А я, окончательно проснувшись, схватил монитор и открыл камеру на весь экран.

— Кто это? — удивлённо спросила Элен, высунувшись между сиденьями, — где-то я его уже видела.

И тут же, смеясь воскликнула:

— Ну конечно, Пумба. Смотрел король-лев?

Пумба так Пумба, главное мясо у них вкусное.

— А скажите девочки, — я оглянулся, — вы у нас какой веры? Религия разрешает есть свиней?