На этом и порешили. Лазарева попыхтела что-то возмущённо, но отправилась в путь. Я же поднял дрон в воздух и покружил над нами, после чего завис над крокодилами, пытаясь рассмотреть их с близкого расстояния, но, видимо, услышав треск, который издавал летательный аппарат, рептилии дружно бросились в воду. Оказывается, побаиваются незнакомых звуков.

Как выяснилось, ручей никуда не падал. Это был небольшой родничок у подножия скалистого холма, который струился по камням и образовывал в самом низу маленький водоём глубиной не более метра. В скале имелся небольшой грот, в котором даже автомобиль не смог бы уместиться, но зато в нём было прохладно, как в комнате с кондиционером. Я сразу поинтересовался у Нии, как это место звучит на языке батутси и получил новое слово, против которого написал: пещера.

И родник, в отличие от уже известных типа: ручей, озеро, река и прочих водоёмов имел отдельное название. Ещё одно слово в копилку.

Площадка перед холмом представляла собой ровную каменную поверхность, которую я изначально принял за недавно залитый бетонный пол. Даже постучал молотком, пытаясь избавиться от наваждения, а потом помимо серого цвета заметил розовые прожилки. Гранит.

А за холмом метрах в трёхстах начинался бамбуковый лес или джунгли, потому как стояли сплошной стеной от самой реки, а где заканчивались, видно не было. Высокие, метров, наверное, двадцать или ещё больше.

«Вот мы и попали, куда рвались, — подумал я, глядя на эту зелёную стенку, и вспомнил, что читал совсем недавно про бамбуковый лес, — вроде учёные обнаружили, будто концентрация отрицательных ионов кислорода в воздухе бамбукового леса в 2 раза выше, чем в вечнозелёном лиственном лесу в национальном лесопарке города Чунцин в Китае».

Надышимся кислородом.

А куда исчез этот лес в XXI веке? Куда, спрашивается, его подевали грёбаные французы?

До реки было не меньше четырёх километров, и лежала она внизу как на ладони, опоясывая двумя широкими зелёными лентами огромный остров, который в будущем получил название Бонго Суа. Почему Бонга Суа Ния не знала. Выслушав мой вопрос, пожала плечами. Мол, островам названия они не дают. И что это может обозначать, без понятия.

До зелёной воды, по моим расчётам, осталось не более пяти километров, так что утром можно будет не спеша прогуляться и глянуть на посёлок. Хотя, как мне кажется, все реки здесь либо зелёные, либо коричневые.

Спросил об этом Нию, но она только улыбнулась в ответ:

— Принц Алекс сам всё увидит.

Ладно. Пусть принц Алекс сам всё увидит.

Я ещё раз окинул взглядом панораму, подумав, что здесь, на берегу реки аборигены могли разбить прекрасный город и благоденствовать, но нет, тащит их по неизвестной причине куда-то вглубь.