— На основе веры, воли… и толики удачи. Садись.

Я уселся на дешёвый и сильно побитый жизнью велосипед, но относительно современный. У Мирта был почти такой же, только другой фирмы. Обе мне были не знакомы.

— Смотри. Ты должен быть уверен в чём-то и иметь намерение это взять. Всю дорогу, когда ты меня не отвлекал, я думал о том, что где-то здесь точно есть велосипеды, и что мы с тобой их возьмём. Обычно их забирают в дома, а не привязывают цепью на ночь к столбу у дома.

— Да, это странно. Если город берёт такие вещи из памяти, то в две тысячи седьмом это было безопасно разве что в сравнении с апокалипсисом.

Мирт странно посмотрел на меня.

— Кажется, ты единственный, кто не боится говорить о прошлом.

— Благодаря тому, что я о нём помню, я стараюсь каждую секунду здесь прожить с толком, — ответил я. Хотя в общем-то я тоже не сильно стремился к таким разговорам. — Там у нас шансов не было. Здесь — каким бы ни был этот путь, я его пройду.

— Хорошие слова, Полярис! — улыбнулся Мирт. — Вот с такой волей и нужно подходить к делу. Просто думай также и о простых вещах. Попробуй притянуть к нам… не знаю. Красный грузовик.

— Просто думать о нём?

— Представляй себя, проезжающим рядом с грузовиком. Будь уверен, что он с гарантией встретится тебе на пути. Смотри на мир глазами человека, который встретится с ним. Работает везде, но на маленьком эхо может быть долго.

Я представил нужное и продолжил крутить педали. Частные дома и старые постройки этажей до четырёх максимум, которые преобладали тут, постепенно сменялись хрущевками.

Район, который нам предстояло потерять, состоял из них и из серых девятиэтажек.

То, что с этим местом что-то не так, чувствовалось в воздухе. Физически — пахло болезнью. На серых девятиэтажках советской постройки были налеплены сгустки бордово-коричневой слизи. Из-за стенок домов раздавался кашель.

— Теперь помедленней. И смотри куда едешь, — предупредил Мирт.

Я глянул под колёса и увидел помимо осенних луж сгустки слизи и валяющееся среди них тело. Вокруг красочно летали мухи, а вдалеке каркали вороны.

— Понимаю, почему стиратели заволновались, — поморщился я.

— Ты на небо посмотри, — бросил Мирт.

Да-а…

Небо стало неестественно зелёным, какой рисуют на артах про массовый мор.

— А с ним-то что не так?

— Не знаю, может, песчаная язва так влияет. Может, район готовится отделиться от города.

А затем я ощутил их.

Стиратель был рядом. По крайней мере, один из них. Пусть я его и не видел, но тошнотворное ощущение слабости перед чем-то могущественным чувствовалось явственно.

Беспричинный страх, тяжесть в животе, ватные ноги…