— Ты был прав, когда говорил, что не стоит идти в Крестовый поход, — закончил рассказ Вильгельм де Румар.
Смотря за чем идти. Кому-то из крестоносцев повезет разграбить Константинополь. Хапанут столько, что правнукам останется.
Лорд Болингброк сильно потратился во время похода, поэтому пожелал получить щитовые деньги. Узнав, что я привез вино из Португалии, взял его вместо денег. Граф Честерский в деньгах не сильно нуждался. Ему нужны были рыцари для войны вместе с Мадогом ап Маредидом, правителем Поуиса, против Оуайна ап Грифида, правителя Гвинеда. Кстати, Мадог женат на сестре Оуайна. Им бы дружить против норманнов, а они воюют… Поскольку у меня с Оуайном ап Грифидом очень хорошие отношения, которые я не собирался испортить из-за Ранульфа де Жернона, пообещал, что пришлю шесть рыцарей, чтобы отслужили за шесть маноров, но сам воевать не пойду. Мол, всю зиму сражался с маврами, устал. Хочу побыть хоть немного с семьей, отдохнуть.
Я продал остатки привезенного вина и нагрузил бригантину свинцом, который здесь добывали, и шерстью. Капитану Диого было приказано доставить груз в Лиссабон. Там евнух Самир продаст привезенное. Если король Афонсу еще не уйдет в Алкасер, помочь ему перевезти осадные башни. Затем Самир нагрузит судно вином, коврами и прочими португальскими товарами, которые надо будет привезти сюда. До холодов бригантина будет работать на линии Лиссабон-Честер. Я же ошвартовал шхуну в Беркенхеде и распустил ее экипаж по домам.
Замок Беркет жил своей жизнью. Все мои попытки как-то изменить эту жизнь ни к чему не приводили. Когда я был в замке, раз в неделю все мылись в бане. Стоило уехать — и о бане забывали напрочь, мылись в лоханях и только по очень важным поводам: рождение, свадьба, конец Великого поста… Единственное из заведенного мной, что соблюдалось неукоснительно, было обучение детей. Сыновей учили ратному делу и, как я говорил, гуманитарным наукам. Дочке вместо махания мечом прививали навыки ведения хозяйства и вышивания. Кстати, считала, писала и читала она лучше, чем братья.
— Пора ей жениха подыскивать, — в очередной раз подсказала Фион.
— Рано еще, — возразил я.
— Как бы поздно не стало, — произнесла она.
— С тем приданым, которое она получит, поздно не будет никогда, — уверенно заявил я.
Здесь женятся на деньгах, землях, а не внешних данных или возрасте. Я еще не определил, что конкретно дам дочери в приданое. Скорее всего, шесть маноров в Беркшире, полученные от Брайена де Инсулы. Они потихоньку восстанавливаются. Лет через пять, когда дочери будет четырнадцать, как раз станут приносить положенный доход. А может, деньгами дам. У меня уже два больших сундука серебра и один небольшой золота. Хранящееся в Лиссабоне не в счет. Оно для моих португальских детей.