Мои люди добили раненых и собрали трофеи. Оружие сложили в большую лодку, а узлы окровавленной одежды — рядом на берегу. Потом часть отряда осталась охранять лодки, а остальные побежали к расположенной неподалеку деревне, откуда толпой убегали крестьяне. Направлялись они к редкому леску и зарослям кустарника. Мы не стали гоняться за ними. Лучники и оружейники принялись грабить низкие дома с плоскими крышами, слепленные из камня и глины. Рыцари остались на краю деревни со стороны замка, чтобы в случае чего помочь оставшимся на берегу.
— Узнал места? — спросил я Карима.
— Да, — ответил он.
— Ночью найдешь канал? — спросил я.
— Конечно. Он проходит там, — показал Карим на восточную сторону замка, — напротив того места, где в ров впадает ручей.
До наступления сумерек мы занимались поиском добычи и доставкой ее на берег моря. Там складывали в кучу, чтобы попозже перевезти на судно. Скота в деревне не было. Наверное, на пастбище. Зато домашней птицы хватало. Нашли много сыра, пшеницы, овощей и фруктов. В двух больших, зажиточных домах, кроме всего прочего, обнаружили вино. Наверное, мусульмане тоже придерживались принципа «не согрешишь — не покаешься».
К ночи деревня была ограблена, добыча перенесена на берег и часть ее, самое ценное, была переправлена на шхуну. Остальное собирались перевезти завтра. На кострах нажарили кур и употребили их под найденное вино. Валлийцы громко пели песни, восхваляя меня и себя и демонстрируя засевшим в замке, что мы довольны добычей. Сейчас попьянствуем, поспим, а утром догрузим на судно добычу и поплывем дальше. Утихомирились только к полуночи.
Сразу стало необычайно тихо. Слышны были только крики ночной птицы, доносившиеся из леска, в котором спрятались крестьяне. Наверное, жаловалась на непрошенных гостей. Крестьяне в ответ тоже, наверное, жаловались ей на нас. А мы делали вид, что спим. Вот только никто не храпел, что в мужском коллективе из тридцати человек теоретически может быть, а практически мне ни разу не доводилось встречать. Приближалось новолуние, и на небе был только узкий желтоватый серпик. Южные ночи намного темнее северных. Зато звезды ярче и вроде бы ближе. Вокруг этих далеких солнц вращаются планеты, среди которых наверняка есть обитаемые. Лежит там кто-то ночью, смотрит на звезды и думает, как я, о том, что где-то на другой планете лежит кто-то, как он, и думает…
Рядом нетерпеливо зашевелился Карим.
— Бери людей и иди, — шепотом приказал ему.
Карим бесшумно встал и растворился в темноте.
Мне теперь можно спокойно спать. Если у Карима все получится, то утром откроются ворота замка, и я спокойно войду через них. Если не получится, все равно не пострадаю. Потеряю несколько бойцов — ну, и что?! И в Англии, и в Португалии, и во многих других местах найдутся тысячи желающих рискнуть жизнью, чтобы вырваться из нищеты. Иногда мне кажется, что это они ведут меня за добычей, а не я их.