— По цене патронов и наших нервов, — поправил я товарища. — Все же нам пришлось за них заплатить, а если бы еще немного, то и валялись бы вместо них в песке.

— Ну уж не до такой степени все плохо, — ответил Краснов, еще раз зевнув и почесав затылок. Кажется, машинное масло и копоть въелись в кожу, потому как грязным он не выглядел, как и высунувшая на мгновение из его каюты смутно знакомая девчушка. Вроде это была та девочка из вольных казаков, которые пытались нас обобрать. Так что у парня наладилась личная жизнь.

— Не тяни кота за яйца. Рассказывай, что получилось, а что нет, — потребовал я.

— Ну, если реакторы подойдут и проводка выдержит… ладно. В общем, «Черепаха» может взлететь, — не слишком убежденно проговорил Краснов. — Вообще, корабли такого класса совершенно не рассчитаны на предполагаемые задачи, но после разгрузки и переоборудования. Да что я объясняю, пойдем лучше так покажу.

Выйдя за ним из-под навеса, мы почти сразу нырнули в другой, располагающийся рядом. Даже клонясь к закату, солнце жарило нещадно, но я уже начинал потихоньку привыкать к стоящей в пустыне температуре, благо полтора месяца не прошли даром.

— Эти двигатели мы сняли с левого борта английского легкого крейсера. Так же с него получили четыре маршевых, — объяснял Максим на ходу, показывая монструозные сооружения. — Вот там, чуть дальше, стоят колонны турбин вертикального взлета. Пришлось пожертвовать большей частью внутреннего объема грузовика, чтобы установить дополнительные системы, но, как я уже говорил, нам повезло. Общая компоновка у него блочная. Балки и отсеки хоть и были максимально удешевлены, но при этом стандартные и достаточно крепкие.

— Выходит, тебе пришлось убрать часть грузового отсека, чтобы заполнить его двигателями? — переспросил я. — И какая у нас теперь максимальная скорость?

— Около двухсот километров в час, на форсаже. Но надо тестировать. Основная проблема — большие энергопотери, — заметил Максим. — Большая часть оборудования английская, и это хорошо, но есть и немецкие турбины, и… даже не знаю, кто их производил, если честно. Может, и африканцы сами. В общем, сделано по той же технологии, но куда хуже.

— То есть наша «Черепаха» уже не такая уж и черепаха? — уточнил я.

— Ну, медленней она точно не стала, — усмехнулся товарищ. — Хотя от первоначальной задачи у нее уже мало что осталось. Мы замаскировали внутренние помещения, использовав части грузовых контейнеров. Для непосвященного это все так же рузовое судно. Но во внутренние отсеки и за обшивку мы спрятали снятые с поверженных кораблей и наиболее уцелевшие артиллерийские орудия и башни ПСО.