— «Гнев» на связи! У нас получилось! Мы сделали этих ублюдков! — раздался радостный крик Николая, и, в очередной раз уйдя в маневр уклонения, я позволил себе оценить поле боя.
Наш флагман, избавившись от плотного внимания противника, сумел сбить наседающие на него корабли, а затем сам перешел в атаку, одним залпом выведя из строя главное орудие врага и его антенну, подавляющую радиопередачи. Невероятная, невозможная победа оказалась близка как никогда.
Но в этот момент я повернулся назад и увидел, как из песчаной бури выныривает корабль, по сравнению с которым даже обезоруженный крейсер казался просто коротышкой. Авианосный крейсер, флагман всего черного флота, шел прямым курсом к нам. А то, что представлялось вспышками молний, оказалось интенсивным артиллерийским огнем. Ведь вслед за черным китом из пелены песка выныривали десятки других судов, ведущих ожесточенное воздушное сражение.
— Гнев, прикройте нас. Идем на стыковку! — крикнул я, приняв окончательное решение. Если мы и сможем спастись, то не по отдельности.
Глава 19
— Бери управление на себя, — сказал я, едва корабль начал подруливать к стыковочному шлюзу. Орудия врага работали не переставая, но мы сумели укрыться за броней «Гнева», которая вполне выдерживала попадания снарядов до семидесяти миллиметров. Орудия вражеского крейсера нам удалось вывести из строя, и если бы не появившийся на горизонте авианосец…
— Таран, доложить обстановку, — крикнул я, рывком отправляя себя по хорошо знакомым коридорам. Тут главное не промахнуться. Два поворота направо и вверх, к мостику. Весь путь занял меньше тридцати секунд.
— Капитан на мостике, — сказал Таран, с облегчением сползая с командного кресла. В последний миг он вынул свой резонансный кристалл из управляющей панели, и корабль едва заметно просел. А уже в следующую секунду я занял свое место и вставил напитанный энергией «Шах».
Двигатели разом взревели, и судно, дернувшись, пошло вверх, а затем стабилизировалось. Даже экраны и второстепенные панели начали светиться ярче. Приток энергии был заметен не только по приборам, но и по щитам, которые отодвинулись от корабля на добрых десяток метров и замерли, наполняясь вражескими снарядами.
Если бы можно было сравнить корабль с живым существом — он радовался приходу хозяина, словно пес, которого долгое время держали на голодном пайке и наконец накормили вдоволь. Не сдержавшись, я погладил штурвал с единственной кнопкой управления орудием главного калибра.
— Мы потеряли два корвета-перехватчика. Один разбился, второй сумел сесть. «Черепаха» под обстрелом, но каким-то чудом еще держится, — быстро пробежался по ситуации Таран. — На пассивном радаре около тридцати целей.