— Нехорошо так говорить о губернаторе провинции, — заметил я, дёрнув подбородком и нажав кнопку выхода. Доспех с шипением раскрылся, и я выскочил наружу под общий вздох удивления. — Ну что, уважаемый. Кто же так гостя встречает? Особенно дорогого? Чего же ты сидишь и слова не скажешь?
— Здравствуй, гость дорогой, — усмехнувшись, сказал падишах, когда я остановился чуть ли не у самого подножия трона. — Присаживайся, расскажи, что привело тебя в наши края? Какая нужда или интерес?
— Что, прямо здесь? — удивлённо спросил я, но слуги уже по мановению жеста главного церемониймейстера принесли и столик наподобие того, что стоял перед правителем, и подушки, и даже небольшую подставку, взойдя на которую, я мог сесть чуть выше, чем окружающие.
И судя по злобному шёпоту, такое расположение правителя явно пришлось не по нраву очень многим. Мелочь, а приятно. Усевшись на предложенное место, я взглянул на падишаха и нахмурился.
— Низковато, — пробормотал я, понимая, что придётся задирать голову. Падишах сдвинул брови, а подскочившие слуги тут же взбили мне подушку, утрамбовав её так, чтобы она стала чуть выше. И всё равно голову приходилось задирать. Наверное, остановись я там, где преградили мне путь гвардейцы, это было бы не столь заметно… но не отходить же назад. С другой стороны, рядом с падишахом места не было, да и не дело это, сразу после прихода в чужой дом так наглеть.
Но был и другой вариант. Кивнув сам себе, я подхватил столик вместе с подушками прессом, создав конструкт, а затем, когда мы с пашой сравнялись, сменил его щитом, едва просевшим от такого давления.
— Вот так нормально, — решил я и улыбнулся почему-то помрачневшему Амин-бею. — Рад вас приветствовать, уважаемый хозяин этого поистине потрясающего дома. И рад наконец познакомиться. А то уже не первый день в городе, а только вашего племянника видел.
— Так это ты… вы, — проговорил падишах, добродушно улыбнувшись, но глаза его метали молнии. — Недаром вас назвали Искандером…
— Первый раз слышу, — честно признался я и, улыбнувшись, отхлебнул чай. — У вас просто превосходный чай, уважаемый. Как и всё, что вас окружает, выше всяких похвал.
— Сколько? — внезапно спросил падишах, обернувшись к стоящему возле него на коленях мужчине, а затем прикрыл на мгновение глаза. — Дорогой гость, могли бы мы поговорить наедине?
Глава 8
— Ваши верительные грамоты, — сухо сказал падишах Амин-бей, когда мы оказались наедине. Ну как наедине, кроме нас двоих, в небольшой беседке никого не было, но зато по кругу стояли плечом к плечу гвардейцы в золотых доспехах, человек шестьдесят. Мои парни тоже расположились неподалёку, вместе с оставленным доспехом.