— Прекрасно слышал, незачем так кричать, — попытался я успокоить девушку, но она лишь отмахнулась от меня и обняла себя руками.

— А при чём тут наследник императрицы и мы? — ещё больше удивился Краснов, переводя взгляд с меня на Ангелину.

— Так. Надо успокоиться и всё обдумать, — решил я. — Максим, тебе нужно ещё время, чтобы разобраться с местной антенной?

— Да нет, наверное. По большому счёту всё оборудование рабочее, кроме панели ввода-вывода, но она у меня всегда с собой, — немного подумав, ответил Краснов.

— Отлично, тогда летишь с нами. Строгонов, приём, — связался я по рации, но Василий не отозвался. Не могу сказать, что я занервничал, но царапнули по душе коготки беспокойства. — Таран, попробуй связаться с той парой, которую ты с Василием послал.

— Пень, Яга, приём! — тут же вызвал своих подопечных Таран. — Звено, кто последний видел наших? Старшой, они нашли какую-то кладовку на первом этаже и полезли её разгребать. С тех пор связи нет. Послать кого-нибудь за ними?

— Да. А ещё неплохо бы найти бывшего начальника порта. Этого Чулай-бея, — заметил я на выходе и пока раздумывал, идти наверх, к шлюпу, или ехать вниз, одна из дверей, самых обычных, офисных, с пластиковой белой обводкой под мрамор, распахнулась, и в коридор, улыбаясь, выглянул Строгонов. — Дай угадаю, вы нашли лифт.

— Точно! Здоровенный, до полутора тонн. Так что всё боевое звено влезет, — довольно ответил Василий. — А вы чего такие хмурые?

— Они почему-то расстроились, что у императрицы родился сын, — пожал плечами Краснов, сложивший всё оборудование в небольшой рюкзак. И что-то мне подсказывало, что количество его запасов от этого похода лишь увеличилось.

— Наследник, значит. Мда… — проговорил Строгонов, разом растеряв всю весёлость. — На корабль?

— Да. Нужно обсудить всё малым кругом, — кивнул я. — Оставь четверых бойцов в доспехах. Пусть поищут Чулай-бея.

— Может, сразу всем вернуться? — на всякий случай уточнил Таран.

— Да, так безопасней будет. Отзывай ребят, мы идём на крышу, они пусть ждут нас внизу. Подберём их на шлюпе, — сказал я, и никто даже не стал спорить, и только когда мы уже загрузились, я вспомнил, что нас чуть больше, чем по его конструкции, предусмотрено. Но ничего, два бойца чуть потеснились, вывесившись по сторонам на страховке и держась руками за поручни. Две минуты позора, и ты дома.

После некоторых раздумий я решил включить нашего морально неустойчивого инженера к обсуждению, в отличие от остальных, кто не был в день принятия присяги от Багратиона. В результате мы остались вшестером. Я, Ангелина, Краснов, Шебутнов, Таран и Строгонов. На мостике фрегата, в отличие от корвета, места для всех хватало.