— Понял вас, шлюп в воздухе, ждём дальнейших приказов, — донёсся из динамиков уверенный голос Николая.

— Ну, начнём, помолясь, — проговорил Погоняйло, плавно добавляя мощности двигателям. Катер задрожал, казалось, ещё секунда, и он развалиться прямо на стартовой площадке, но в какой-то момент гул стал стихать, и мы оторвались от бетона. Судно медленно поднялось до двухсот метров и затем повернулось в сторону дворца паши, где развернулась настоящая битва.

Даже отсюда было видно, как трассеры корректируют огонь артиллерии и ПВО, как юлят столкнувшиеся в воздухе катера, и как неповоротливый, в несколько раз больше нормального размера, корвет поливает всё внизу сплошными потоками снарядов и пламени. Дворец ещё держался, но с каждой секундой сопротивление защитников становилось всё меньше. И хотя катера сумели разменяться один к одному, главный вражеский корабль, двухсотметровое судно, всё ещё оставался в воздухе.

— Готовность номер один, — гаркнул я. — Перевожу управление на себя.

— Отдал, — тут же ответил Погоняйло, выдернув свой камень из панели управления. — Надеюсь, вы знаете, что делаете, господин. Удачи вам.

— Я тоже… я тоже, — пробормотал я, стараясь не дёргать рукоять управления. Сейчас было крайне важно не выдать в себе противника. Иначе эту посудину, и без того едва держащуюся в воздухе, просто разрубят снарядами на куски. — Давай, кляча, ещё немного, и ты будешь свободна.

— Держись рядом с эвакуационным люком! — услышал я приказ кап-два, но обращался он не ко мне, а к своему помощнику Николаю, пилотирующему штурмовой шлюп. — С богом…

С этими словами он выпрыгнул наружу, и я было забеспокоился, но тут же услышал голос Тарана.

— Поймал. Отходим. Капитан, ваш выход! — крикнул бурят. И я, усмехнувшись, вдавил рычаг газа до максимума. Корвет противника находился прямо по курсу, в рубку ворвался недовольный голос на неизвестном мне языке, но если в первую секунду он был властно-напыщенным, то через мгновение в нём появились панические нотки. А я, зажав кнопку огня курсовыми пушками, выскочил из кресла.

Рывок, и меня несёт по коридору к эвакуационному люку. Бежать две секунды, я замерял, но конструкт прессом выдавливает меня из узкого коридора словно поршнем, и я лечу дальше, едва не пропустив нужный поворот. Ещё рывок, где-то на носу корабля раздаются взрывы, но я уже в середине, поворот, ещё рывок, и я наконец свободен. Вокруг только небо, взрывы и осколки снарядов. А ещё очереди орудий ПВО, ПСО и ошалелых защитников, не понимающих, что происходит.

Выскочив наружу, я ещё раз сформировал конструкт, отбрасывая себя как можно дальше от мчащегося на погибель корабля. Корвет пиратов попытался уйти с линии атаки, разом вырубив маршевые двигатели, он развернул гондолы вверх и все маневровые ударили струями голубого пламени, но драгоценные секунды были потеряны.