— Училище создано для детдомовцев, попадающих в него по огромному конкурсу, — поправил я девушку. — Но в результате там учились все, кто угодно, за государственный счёт, а те, для кого это было сделано, жили в полуразрушенном бараке и получали лишь одного преподавателя из положенных десяти. Мои соратники — первый выпуск за много лет, кто получил нормальное образование. И посмотрите на них — каждый по силе уже достиг минимум десятого ранга.

— Не так уж и много, — пренебрежительно сказала Вяземская.

— Для вас, княжна, безусловно. Но они первое поколение одарённых, иногда — второе. Их дети при должном обучении в этом возрасте будут иметь уже девятый ранг. Внуки — восьмой, — уточнил я, и с каждым словом глаза Ольги расширялись.

— Хотите сказать, что они будущая аристократия? Все они? — не веря, посмотрела на Лёху девушка. Перевела взгляд на Ангелину и поджала губы.

— Больше того, по правилам империи, они уже являются дворянами. Пока не потомственными, а личными, но всё же, — ответил я. — Почти половина из них скоро достигнет девятого ранга, а взводные уже сейчас на грани восьмого.

— Пятьдесят аристократических семей… это слишком много. Ни дворяне, ни бояре не одобрят такого размытия, — серьёзно проговорила Вяземская.

— И до встречи с Амин-беем я не понимал, в чём проблема, — кивнул я на слова девушки. — Ну, подумаешь, будут возмущаться несколько князей, что их детей потеснят в армии или флоте. Всё равно государство получит необходимые войска, да ещё и более мотивированные. И не нужно было бы никакого закона о многожёнстве.

— А сейчас? — на сей раз нахмурилась уже подошедшая Ангелина.

— Как сказал самозваный падишах, никто не правит в одиночку. На княжеских родах строится армия. На губернаторах и их родственниках — управление землями и сбором налогов. Один дарник шестого ранга с лёгкостью может уничтожить десяток противников восьмого или сотню десятого ранга… — я замолчал, дав время воспринять мои слова. — Возможно, когда империя уверенней встанет на ноги, государь сможет себе позволить изменение привилегий.

— Странные мысли и странные слова. Зачем менять то, что и так прекрасно работает? — пожала плечами Ольга. — Даже сейчас, разделившись на два лагеря, мы достаточно сильны, чтобы одновременно воевать с Османам и Персами!

— Вот только потеряли восемь губерний и чуть не лишились ещё трёх, — не согласилась с ней Ангелина. — Хорошо рассуждать о том, что менять ничего не надо, когда ты на самом верху пищевой цепи. Да, ваше сиятельство?

— Это прозвучало как оскорбление! Желаете вызов на дуэль? — усмехнувшись, спросила Вяземская, повернувшись к Лисичкиной. — Проигравшая навсегда откажется от того, чтобы находиться рядом с Александром.