— Вот как, — вновь повторила Екатерина, и мне почему-то вспомнилось, что император говорил точно с такой же интонацией. Родственники, не иначе. — Хорошо. Значит, мне нужно добраться до спальни.

— Как прикажете. Двое сзади, трое спереди, — приказал гвардеец, лица которого я не видел за доспехом. — Прошу за мной, ваше величество.

— Идемте… дети, — приказала императрица, и нам ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. Мария терлась рядом, поддерживая государыню, и вскоре мы добрались до очередной ничем не отличающейся от других двери. Разве что запертой, но императрице хватило одного взмаха, чтобы замок промерз до белизны и, пискнув, открылся. — Подождите снаружи, девочки, поможете мне облачиться.

— Не опускай щит, — шепнул я Морозовой. — Если что — кричи, я приду.

— Хорошо, — серьезно кивнула Машка, а затем хихикнула. — Мой рыцарь в белых штанах.

— Да, с конем как-то не задалось, — буркнул я, оставшись снаружи. В помещении были только ауры женщин, так что я не беспокоился лишний раз. А вот в коридоре то и дело появлялись новые люди. Да и гвардейцы меня не сильно жаловали, то и дело норовя ткнуть в мою сторону стволом.

— Александр, можешь зайти, — послышался требовательный голос императрицы через несколько минут.

— Ваше величество… слушайте, я, конечно, прошу прощения, но, если мы продолжим так тормозить, скоро спасать будет некого. От порта, наверное, только обломки остались, — гневно проговорил я, глядя на женщину, облачившуюся в строгое зеленое платье с воротом под самое горло.

— Ты чего? — ошалело спросила Инга, посмотрев на меня как на психа. Мария же, наоборот, была полностью удовлетворена моим поведением и снова хихикнула.

— Я так понимаю, молодой человек, обучением вас манерам никто не озаботился? — строго спросила Екатерина.

— Как-то не до того было. Меня почему-то постоянно кто-то хочет убить или покалечить. Так что стрелять и использовать конструкты я умею куда лучше, чем вести беседы, — пожал я плечами. — Если это ускорит процесс, я могу называть вас хоть вашим вселенским величеством, но давайте быстрее, там люди гибнут.

— Люди всегда гибнут, — флегматично заметила Екатерина. — Всех просто не спасти. Так что об этом можно и не думать.

— А ваш второй муж и ребенок тоже в этот наплевательский список входят? — спросил я, взглянув женщине в глаза. На сей раз она не ответила, поджав губы.

— Вот как… хорошо. Идем, — приказала женщина, и я тут же направился к двери. Екатерина же подошла к письменному столу и провела ладонью по его поверхности. В ту же секунду над столешницей появилось трехмерное изображение с незнакомыми символами. Нечто среднее между картинками и иероглифами.