— Иначе что? — усмехнувшись, наклонил я голову, повторив жест императора. — Запрете меня силой? Может, свяжете или и вовсе попробуете сослать в Сибирь? Знаете, ваши величества, вы, безусловно, сильны, я даже не могу думать о том, чтобы справиться с одним из вас в прямом столкновении. Но вот удержать меня вне ваших сил и возможностей. И мне, кажется, вы это понимаете.

— Петр неверно сформулировал, — подобравшись в кресле, проговорила Екатерина. — Ты должен во благо империи обучаться и готовиться к престолонаследию, но пока ты для него совершенно не подходишь. При этом мы не собираемся заставлять тебя или удерживать силой, откажешься — и можешь идти на все четыре стороны. Но тогда о престоле можешь забыть.

— Ясно, — я вздохнул, прикрыв глаза. — Я же просил по-простому. Но, судя по вашим словам и по тому, что я знаю, вы не просто недоговариваете, а откровенно выдаете желаемое за действительное. Могу поспорить, что уже сейчас ваши партии изменили состав, возможно, даже среди ближайших сторонников идут разговоры и брожение. Кто-то и вовсе предлагает передать царство мне, и таких людей настолько много, и они настолько влиятельны, что вы боитесь.

— Мы ничего не боимся, а тебе следовало бы научиться держать язык за зубами, — проговорил Петр, сверкнув глазами. — Это очень продлевает жизнь, знаешь ли.

— Хорошо, не боитесь, — легко отмахнулся я. — Опасаетесь, что меня возведут на престол, а потом настроят против вас и будут манипулировать, развалив страну еще сильнее, чем делали это при матушке Екатерине. Так будет точнее?

— При мне страна не распалась, — вздернув подбородок, проговорила императрица. — Я делала все для спасения сына, и ты даже не представляешь, как мне больно смотреть на тебя и понимать, что ты не он.

— Погоди, — поднял ладонь Петр. — Возможно, в чем-то ты и прав. Тебе и в самом деле удалось найти надежных союзников, с которыми мы ничего не можем сделать без возмущения большого количества аристократов и народных масс. Но, если ты попробуешь взять престол силой, умрешь. А потом мы уже как-нибудь разберемся с недовольными.

— Вот это я понимаю. Сразу видно талант переговорщика, — усмехнулся я, помня силу императора. — И вот вы предлагаете мне, оставаясь во дворце, пройти обучение. Познакомиться поближе с вами, плотнее пообщаться с Марией, возможно, даже начать жить вместе, как она того хочет…

— Никакого секса до свадьбы! — строго сказал Петр, но я заметил, как Екатерина чуть усмехнулась.

— К слову, со свадьбой вопрос тоже не решенный, — возразил я, после чего глаза императора чуть не вылезли из орбит. — Мы даже не помолвлены.