— Какого черта ты не извинился перед Беляковым? — быстро пришел в себя преподаватель. — Жить надоело, или неуязвимым себя почувствовал? Ты вообще в курсе, сколько о тебе разных слухов ходит? Надеешься каждый раз сухим из воды выходить?

— Никак нет, не надеюсь, — снова отчеканил я, но теперь уже не смог ошеломить учителя. — Мне извиняться не за что, ведь именно этот напыщенный индюк меня на дуэль вызвал, при ста свидетелях минимум. А от борова я даже вызов не получал!

— Но при этом публично называешь другого студента «боровом», — криво усмехнулся Гаубицев. — Откуда вы, дебилы, на мою голову лезете? Нет, хватит. Пусть тебя раскатают, и тебе, и всему вашему бандитскому бараку станет уроком. Знай, я вмешиваться не буду, прослежу, чтобы тебя не убили, на этом все!

— Так мне больше и не надо, — пожал я плечами. Ситуация на самом деле складывалась достаточно парадоксальная. Один бой превратился в два, да еще и с достаточно опасными противниками. И если к Гербу я подготовился, насколько мог, то вот завалить перед этим борова — та еще задачка.

Проблема не в том, что я с ним не справлюсь, шанс есть всегда, но во время первой схватки второй противник увидит все мои приемы. А уж если я сразу использую заготовку, то второй бой для меня и вовсе гарантированно будет проигран. Стоит Недосуду понять, что я задумал, он выиграет просто на классе.

А значит, с боровом придется драться совершенно не так, как я привык, и даже не так, как я рассчитывал. Не использовать болевые точки и перекрытие меридианов. Хотя нет, так у меня вообще шансов не будет. Пусть я ежедневно наращиваю несколько сот грамм мышц — едва приближаюсь к нормальной для моего возраста форме. Не говоря уже об оптимальной или усиленной.

— В связи с вновь открывшимися обстоятельствами регламент схватки был изменен, — донесся голос из динамиков над стадионом, и все трибуны затихли. — Первым будет проведена дуэль между первокурсниками. Ответчик — тот же Иванов, оскорбил Лесничева из группы 1А. Схватка на поле через две минуты.

— Ставки! Принимаем ставки на первый бой! — тут же заорал кто-то из старшекурсников, и людское море на трибунах забурлило. Крик стоял такой, что можно было оглохнуть, а в поднятых к вечернему небу руках мелькали купюры. Заметив в толпе Шебутнова, я усмехнулся и зашагал следом за Гаубицевым. В центре поля нас уже ждал Ульянов с боровом.

— Ну все, урод, я тебя закопаю! — довольно оскалился Коля.

— Держите себя в руках, — окрикнул его куратор первого курса. — Вы будущий дворянин, а не этот…

Боров тут же заткнулся, но, стоило Ульянову отвернуться, очень красноречиво провел себе большим пальцем по горлу. Ну, теоретически, он был в своем праве. На голову меня выше, в два раза шире в плечах и тяжелее, в обычной ситуации он выиграл бы почти стопроцентно. Вот только я ему такого шанса давать не собирался.