— Спасибо, тебе тоже, — искренне сказала Ангелина, на несколько секунд перестав строить из себя жгучую куртизанку.

Вообще, надо сказать, что за прошедшие полтора месяца нашего общения девушка сильно изменилась. Перестала вилять перед всеми попой, переключившись в основном на меня и периодически на преподавателей. Отказалась от второго лифчика с пушапом, отчего ее грудь сразу стала выглядеть куда меньше, но естественней и, по мне, привлекательней. Хотя без лифчика она выглядела еще лучше, и без рубашки…

Так, отставить! У нас тут катастрофа за катастрофой, а я о женских прелестях думаю. Нельзя позволить гормонам победить мозги. Я камыш, гнущийся на ветру. Я камень на вершине горы… я сам гора. Несколько глубоких вдохов, и я почти пришел в норму. Хотя мысли то и дело возвращались к Ангелине, но уже в другом ключе. Девушка мне полностью доверилась, и, если она теперь из-за меня пострадает, я себя не прощу.

Через два часа мы все собрались в большом актовом зале, рассчитанном на концерты и выступления местного театра. Понятно, что никаких столов в аудитории не было, только стулья с подлокотниками, но мы заранее взяли с собой планшеты, на которые и положили подготовленные листочки.

Я предусмотрительно рассадил своих ребят так, чтобы они не бросались в глаза. На разные ряды и секторы. Не хватало еще, чтобы нас увидел какой-нибудь ненавистник и выгнал просто за то, что мы — это мы. Могу поспорить, сегодня у преподавателей забот полно и без групп «Т»-«У»-«Ф», но рисковать не стоило.

За пятнадцать минут до назначенного времени актовый зал был забит под завязку, так что даже яблоку было некуда упасть. А за минуту до звонка вошел преподаватель, которого я сразу узнал по длинным завитым кверху, как у Сальвадора Дали, усам. Того самого, что был судьей на нашем с Гербом поединке. Он прошел за установленную прямо на сцене кафедру и, дождавшись, пока все встанут, махнул рукой.

— Садитесь, — проговорил усач. — В связи с чрезвычайной ситуацией я сегодня заменяю вашего любимого преподавателя и куратора — Федора Леонидовича. Но так уж вышло, что его предметы не только не являются профильными, но и вовсе относятся к школьной, общеобразовательной сфере, которую вы обязаны знать сами. Это ваша задача. А не наша. В связи с этим фактом… кому я это рассказываю?

По рядам пробежали удивленные шепотки. Это он нас так оскорбить хочет?

— Вам же нужно допуск к экзаменам получить? Не будем терять время. Достаем листочки, — приказал усач, махнув на нас рукой. — В верхнем правом углу пишем свою фамилию, инициалы и группу. В центре сверху — «экзаменационная работа по философии». Ниже, с красной строки: студент такой-то, ваше ФИО кратко. На все вопросы отвечено верно. Ниже — дата слева, подпись ваша справа. Еще ниже пишем слово «оценка» двоеточие «отлично». Справа — «подпись преподавателя». Сдаем листочки по рядам. С задних передаем на передние. У кого будет неразборчиво подпись, фамилия или группа — получат неуд.