— Я щас этого урода прямо здесь закопаю, — двинулся было вперед бычара, но его снова остановили. Говоривший старшак взглядом показал на мои сжатые кулаки.

— Молодые, глупые, не понимают, от чего отказываются. Пойдем отсюда, — улыбнувшись, сказал он, и вся группа скрылась в коридоре. На всякий случай я влил прану в среднее ухо и тут же услышал, как старшие переговариваются.

— Чего ты взъелся, добудем мы тебе ботинки, видел, какое у дрыща новье? Поди, еще и дорогие, — снова хмыкнул говоривший. — Придем ночью, у них даже дверей нет.

— Нам собираются устроить темную, — сказал я, усмехнувшись. — Это хорошо.

— Чем же? — удивленно посмотрел на меня Леха.

— Да хотя бы тем, что мы должны с самого начала обозначить свое место, — ответил я, усмехнувшись и осмотрев своих одногруппников. — Или вас устроит, что вместо «лучшего училища в империи» и шанса стать Суворовыми вас закинули в эту развалюху? Меня — нет.

— Даже худшие из выпускников выйдут унтер-офицерами и штык-юнкерами, — проговорил отошедший от побоев здоровяк.

— Отлично, но я не собираюсь ориентироваться на худших и вам не советую, — сказал я, осмотрев попавших в один отряд со мной студентов. — Шебутной, надо выяснить, что с кормежкой, а то, чувствую, в нашем бараке до этого не дойдет. А спать на голодный желудок для молодого организма вообще противопоказано.

— Думаешь, уже пора? — удивленно посмотрел на меня Леха.

— Раз старшаки так быстро свалили — значит, торопились. А куда они могли спешить? Только на ужин, — пожав плечами, заявил я. — Приведите себя в порядок, и идем следом. Нужно успеть поесть, пока еще солнце не село.

Мои догадки оказались совершенно правильными — учащиеся старших курсов и в самом деле тянулись от нашего барака к небольшому двухэтажному зданию. Судя по веселому гомону и приятным запахам, идущим с той стороны, именно там располагалась большая столовая, рассчитанная на все училище. Но и тут без неприятностей не обошлось.

Зайдя в здание, я быстро понял, что заниматься самообслуживанием не выйдет — полупустые прилавки оказались закрыты с нашей стороны стеклом. За полками на раздаче стояли дородные тетки, поперек себя шире, уж им-то голод не грозил при любом раскладе, а вот нам, как опаздывающим, достались хоть и не объедки, но крайне малый выбор.

От риса и картофеля — по паре ложек, от мяса только подливка и печенка, которую я без раздумий и попросил. При этом тетки на раздаче смотрели на меня чуть ли не с откровенным пренебрежением, как и на остальных из корпуса, занятого группами «Т»-«У»-«Ф». Грустные одногруппники пытались брать что повкуснее, но морщились от «изобилия».