— Я и не нагнетаю. Значит так. Говорю один раз и повторять не буду. Нас кинули. Всех, включая меня. Но это не значит, что мы должны оставить все как есть. Я буду выгребать сам, я вам не мамка. Кто успеет и вытянет — поднимется вместе со мной. Нет — ваши проблемы, — усмехнувшись, проговорил я, видя, как у учащихся вытягиваются лица. — Но и скрываться от вас я не собираюсь. До конца четверти я набираю во взвод только самых инициативных и упертых. Сами решайте, как меняться с моими. Если вам вообще кто-то место отдаст.

— Даже не надейтесь. Занято, — улыбаясь от уха до уха, заявил Леха, и в нем я даже не сомневался. За два дня он уже успел проявить себя. Как и другие ребята в отряде, и некоторые совсем не с положительной стороны.

— Все, тему я обозначил. Упор лежа. Отжимания, на р-раз! — скомандовав, я больше даже не стал смотреть, делает кто-то упражнение или нет. Я тоже успел наработать кое-какую репутацию, так что сомневаюсь, что хоть один первокурсник из «Т»-«У»-«Ф» попробует сделать мне подлянку. Да и старшаки поостерегутся.

Изначальная мысль пройти через систему отбора, чтобы выпрыгнуть наверх самому, переформатировалась. Я могу стать исключением, которое лишь подтвердит правило. А с этой дрянью надо бороться. Как? Только массой, испортив статистику и поломав годами наработанные механизмы.

За себя я даже не волновался. В состоянии глубокой медитации я мог учиться без сна и отдыха, днем прокачивая тело, а ночью — мозги. А вот остальным это недоступно. Что делать? По-хорошему, найти нормального преподавателя, тренера и обеспечить непредвзятое судейство на экзамене… да, что-то я губу раскатал. Еще Василия не устроили, и не факт, что в этой четверти смогут, а я уже про комиссию мечтаю.

Основная проблема в том, что Меньшиковы в своем праве. Они не одно десятилетие курируют образование по всей империи и делают это по прямому приказу императорской семьи. А значит, Суворовы не вправе вмешиваться больше, чем того требуют их обязательства как военных. Можно это изменить? Наверное, но точно не мне и не сейчас. Хотя кое-чем я и в самом деле могу подсобить.

— Полчаса до ужина. В колонну по два, взводами. Стройся! — скомандовал я после длительной тренировки, которую до конца выдержали не все. — Бегом, марш!

На обратном пути я, сколько ни всматривался, ауры денщика не заметил. Похоже, он сменил свою дислокацию или ушел дальше от проторенного маршрута. Посоветоваться в результате не с кем, не с одногруппниками же такие серьезные темы обсуждать. Но, может, это и к лучшему, надеяться только на себя.