— Спасибо, ваше благородие. От всего сердца, — проговорил я, вспомнив, что Михаил сам такой же сирота, как и большинство в группах «Т»-«У»-«Ф». Это же он рассказал мне про смену фамилии. А судя по внешнему виду, служба на передовой далась ему совсем не легко. И все же… — Прошу прощения, ваше благородие. Но, может, вам бросить пить?

— Ты что, щенок, думаешь, я с тобой откровенничать начал? — мгновенно озверев, рыкнул преподаватель. — А ну, бегом марш к своим товарищам.

— Есть, отправляться на приборку! — отчеканил я, быстрым шагом отправившись к бараку. Гаубицев же немедля сел на скамью и привычным движением потер плечо, делая это почти неосознанно. Жаль, у меня пока тело слишком плохо развито, оценить в действующем организме состояние меридианов, да еще и на расстоянии, у меня пока не получается. И выйдет хорошо, если после раскрытия четырех чакр.

Если же объективно смотреть на мое ментальное тело, я едва сумел вернуть Основу и Обитель к состоянию обычного здорового человека. Да, это позволило мне стимулировать выработку тестостерона и пищеварительных гормонов, так необходимых для роста молодого мужского организма, но до состояния раскрытия было еще как до луны пешком.

Единственное мое сокровище — неприкосновенное убежище, связь с перерождением и вместилище души — доминировало над всем телом, но в то же время выводило систему из равновесия. Как и неизвестный мне центр силы, локализованный меж грудных ребер с внутренней стороны. Это было странно и опасно, что-то с моим, теперь уже точно моим, телом в той больничке делали. И вряд ли это было естественным. А еще «клинок» на запястье.

— Как у нас дела? — спросил я, входя в барак. Хотя по носящимся студентам и так было понятно, что работа кипела полным ходом.

— Суровый здесь! — передали по цепочке, и через несколько секунд с лестницы послышался перестук шагов. Шебутнов буквально слетел с верхнего этажа, а следом за ним два незнакомых мне парня, судя по нашивкам, второй и третий курс.

— В чем дело? — чуя подвох, поинтересовался я. — Вы кто такие, откуда взялись?

— Приехали с того берега лужи, — усмехнувшись, ответил мне старшак. — Я Борис, зам Тарана. Можно Вепрь. А это Хорек, староста второго курса «Т».

— Валера, — протянув руку, представился Хорек, и я ее без сомнения пожал. — Мы оба Ивановичи. Ивановы, естественно.

— Приятно, — кивнул я. — Так в чем дело? Без обид, но вы же жоп не поднимали, все в своих мутках.

— Без обид, — нехотя кивнул Вепрь, надо сказать, прозвище ему вполне подходило, низкорослый, чуть выше меня, но при этом очень мускулистый и широкоплечий. — Ты народ взбаламутил. Вот и пошла движуха. Че-то мы реально застоялись, словно свиньи в дерьме живем.