— Ура! — раздались радостные возгласы. Конечно, строем никто идти не собирался, но как-то само получилось, что к зданию я подходил в компании Шебутнова и старших товарищей. Но вместо того чтобы заходить в общий зал, прошел мимо окна кухни и негромко постучал.

В окно тут же выглянула кухарка, но меня там уже не было, зато женщина увидела подходящую толпу студентов и с оханьем подалась назад. Я же дошел до хозяйственной двери и постучал в косяк. А затем, обернувшись, кивнул соратникам.

— Делай как я, — этой фразы, сказанной шепотом, хватило, чтобы каждый проходящий мимо столовой студент ударял костяшками в оконную раму, в косяк распахнувшейся хозяйственной двери и двери служебной. Ничего предосудительного или преступного мы не совершали, никаких распорядков или правил нарушено не было, но эффект от проходящих мимо двухсот подростков, по-волчьи заглядывающих в глаза, оказался выше всяких похвал.

— Я столько мяса в жизни не видел, — ошарашенно пробормотал Шебутнов, когда мы вошли в столовую. — А это что такое?

— Салат «цезарь» с курицей, — ответил я, взглянув на охапку зелени с сухарями и большими ломтями мяса. — Сегодня пир! Выбирайте самое вкусное, но не забывайте о мясе и овощах, нам еще на пробежку и тренировку.

— Может, пропустим? — простонал кто-то из одногруппников.

— Я вообще никого за собой не тяну, — тут же ответил я, и недовольное ворчание мгновенно стихло. Правда, сдержаться смогли немногие, и только у пары человек я увидел такие же сбалансированные подносы, как у меня. Много белков и витаминов, достаточное количество жиров и даже углеводы.

Все по двойной дозе, я рассчитывал съесть примерно по две тысячи килокалорий днем и вечером. Благо сейчас я «на массе», и организм уже начал втягиваться. Естественно, не контролируй я распределение ресурсов через меридианы, большая часть просто ушла бы в унитаз, но многие молодые организмы могли переварить любое количество калорий только за счет взрывного подросткового роста.

— Говорили же им не брать много, — недовольно поморщился сидящий напротив Леха, и, проследив за его взглядом, я обернулся. Один из учащихся позеленел, а потом, заткнув обеими руками рот, выбежал в коридор. Я было согласился с высказыванием Шебутнова, когда такой же фокус повторился со вторым… и третьим.

— Всем отложить ложки! — гаркнул я, поднимаясь. — Возможно, еда отравлена. Поварих задержать!

— Вы в своем уме, такое говорить? — с усмешкой спросил один из дежурных, стоявший возле двери, из-за которой доносились звуки рвоты. — Обвиняете сотрудников академии во вредительстве? Это тянет на…