Глава общины поморщился.
— Да ну какой допрос, о чем ты говоришь? Беседуем, конечно. Стволами тыкать… Ты пойми. Электростанция, что ты видел на берегу, — наше самое большое сокровище. Как бы ты сам отреагировал в подобной ситуации?
— Ага. То есть, того, что я наткнулся на вашу динамку, уже повод для того, чтобы держать меня на улице?
— Тут промашка вышла. Это инициатива не моя была. Я сам о тебе час назад только узнал. Так что ты не думай. Видно же по тебе, что ты мужик нормальный, правильный. А по специальности ты, прости, кто? — сделал очередной заход Андрей.
— Я же тебе сказал вроде, в начале самом: лесник я. До этого бродил, приключения искал. С геологами, с нефтяниками. Прикипел к местам этим. Вот и решил остаться. И остался. Правда, не рассчитывал, что так надолго. Сидел бы и дальше. Да зверушки пожаловали, и, в итоге, дома у меня больше нет. Вот и решил прокатиться, посмотреть, как люди живут. Если живут еще.
Рассказывать о незаконченном медицинском образовании Захару не хотелось от слова «совсем». Угадай с трех раз, кто самый редкий специалист сейчас, после Срани? Ан-нет, не угадал. Специалист по собачьему маникюру самый редкий. А вот врач — самый ценный, настолько, что никто его никуда не отпустит — вот это аксиома, не требующая доказательств. И потому лучше сопеть в две дырки.
— Понятно. Но наш человек, получаешься, таежный, — по тону Андрея не было понятно, утверждает он или задает вопрос.
Захар на всякий случай кивнул.
— Ладно, Захар. Совсем не такой я встречу с новым человеком представлял. Не буду тебя держать больше. Отдохни, поешь, искупайся. Давно в дороге, поди? Надеюсь, так сможем загладить пребывание твое на холоде.
— Угу.
Захару здесь не нравилось все. Уже было ясно, что хозяин кабинета прощупывал его только. Атака завтра начнется. А сейчас задобрить хочет. Что ж ему надо-то, суке такой? Ладно, сыграем в валенка, тюфяком прикинемся. А дальше по ходу разбираться будем.
— Спасибо, — кивнул Захар. — Помыться и правда не помешало бы.
Он ухмыльнулся, увидев, как Андрей на секунду расслабился и неприязненно повел носом. Хм, а что ж ты хочешь-то, мил друг печено яблочко? Чтоб путник лавандой благоухал? Да нет. В пути давненько.
— Могу идти? — Захар привстал, и стул облегченно скрипнул.
— Да, конечно. Сергей, проводи гостя, покажи все ему да накормить горячим не забудь.
При словах о горячем у Захара громко булькнуло в животе. Сергей и Андрей сделали вид, что не услышали. А сам Захар растянул рот в улыбке. Горячее — это крайне хорошо. Наверное, даже лучше, чем возможность помыться. Нет, ну, наверное, конечно, не все тут так просто. Но об этом он подумает позже. Когда плотно поест и помоется. А пока его все это не интересует.