— Быстрее! — новый окрик Трегубова подстегнул его, подобно плети.

— Готово! — выдохнул рядовой.

— Возвращайся на место.

— Есть! — видно было, что этот приказ он выполняет с невероятным облегчением.

Полковник направился вперед. Он шел по коридору неспешной расслабленной походкой, а по обе стороны от него жались спинами к прутьям клеток испуганные солдатики. Трегубов и впрямь напоминал сейчас доминирующего хищника, царя зверей, степенно шествующего к водопою среди своих перепуганных подданных. Напротив сержанта Трегубов остановился. Зрачок пистолета немигающим взглядом смотрел Кирееву в грудь.

Полковник, не отводя глаз от сержанта, протянул руку и распахнул дверь клетки. Вепрь непонимающе отступил вглубь, к кормушке.

— Заходи! — тихо, почти ласково, проговорил полковник, приглашающе качнув стволом пистолета в сторону клетки.

— Господин полковник! — попытался подать голос со своего места Воронов, но Трегубов метнул на родственника такой взгляд, что тот предпочел умолкнуть.

— Заходи, мразь! — рявкнул полковник и, не дожидаясь реакции сержанта, схватил того за грудки свободной рукой, сделал шаг вперед и что было сил толкнул Киреева внутрь клетки.

Споткнувшись, сержант упал на спину и завозился в неубранном свином дерьме, пытаясь подняться. В углу глухо заворчал Вепрь.

Обреченным взглядом сержант проследил, как Трегубов тщательно запирает клетку. С лязгом засова из его души испарилась последняя надежда на благоприятный исход.

— Я сказал вам, что жизни этих вонючих животных для меня намного важнее, чем ваши. Это так. Их жизни — это свет, тепло, воздух, вода и мясо. Ваши жизни — лишние рты. Любой, чье существование не будет подчинено обеспечению жизнедеятельности объекта — ненужный балласт, зря потребляющий кислород. Паразит. А паразиты мне здесь не нужны. Но и от балласта я буду избавляться так, чтобы он стал полезным хотя бы своей смертью. С сегодняшнего дня я начинаю экономить комбикорм!

Обведя взглядом испуганных солдат, вновь прибывших, ничего не понимающих бойцов охраны, замерших в дверях, полковник на миг встретился взглядом с Вороновым. Ему показалось, или он заметил в его взгляде неодобрение? Пожав плечами, полковник повернулся к клетке с Вепрем и точным выстрелом раздробил сержанту колено. От грохота, прокатившегося по бетонному коридору, многие вздрогнули, а вопль боли раненого Киреева потонул в свином визге. Вепрь также сначала отшатнулся, врезавшись своим многокилограммовым телом в стену. Но через мгновение он уже жадно втягивал ноздрями воздух, почуяв в нем запах свежей крови. Медленно и нерешительно он сделал несколько шагов к лежащему на грязном полу сержанту.