Но у капитана Пайела была здесь семья. Гражданская. А Рэм был частью семьи военной. Ведь экипаж крейсера связан очень крепкими узами. И Амаль с Рэмом познакомились во время его первого же визита на Кьясну.
— Я бы давно уже смогла выносить и родить, — мечтательно сказала Амаль, глядя в небо. — Это ты был маленьким. Но теперь ты совсем взрослый. Скажи, ты что-то понял новое? То, чего у тебя не было?
Рэм задумался.
— Наверное, что мир хрупкий и надо его беречь. На крейсере я был самым младшим и все берегли меня, а тут… — Рэм прищурился и посмотрел на Ареду — горячее солнце Кьясны.
В общине была сиеста. Полдень — время самой жары. Вот они и убежали на пустой пляж возле реки.
— Может, ещё подождать? — спросил он. — Ты же на два года меня младше. Неужели ты совсем не боишься?
— Конечно, боюсь, — рассмеялась Амаль. Она смотрела прямо на солнце и слёзы стекали по её щекам. — А вдруг Мать даст нам мальчика, а я хочу девочку?
— Ты должна принять дар таким, каким он будет, — напомнил Рэм. — Нискья так говорит, а она тебе — вроде матери. Путь будет, кто будет. Разберёмся.
— А как назовём?
— А вот родится, мы посмотрим, что получилось, и назовём.
Рэм обнял Амаль, и она благодарно уткнулась в него лицом, вытирая слёзы.
15.01.2023