Рейдер дёрнулся и закрутился, а Рэм нехорошо улыбнулся.
Крейсер, хоть и мощный — это не военная эмка. Его светочастотные пушки движутся по примитивным схемам. И одна из пушек, похоже, восстановлению уже не подлежит.
— Ну, ничего себе! — выдохнул первый пилот, первым же сообразивший, что случилось. — Мы его подбили! Парни! Мы же его подбили!
Глава 20. Психотехники и истники
Пассажирский корт, следующий по маршруту «Аннхелл — Питайя — Аскона».
Навигаторская
Пассажирский корт вряд ли мог долго выстоять против среднетяжёлого крейсера.
Горец, конечно, не был ни опытным капитаном, ни хорошим пилотом. Но у него имелась боевая машина и команда. И эта команда работала точно так же, как и экипаж торгового судна: просчитывая возможности противника.
И потому Рэм не обольщался по поводу первой победы. Он привык оценивать боевую ситуацию со всеми положенными рисками. Понимал, что за первым успехом корта вряд ли последует второй, а тем более третий.
Однако пилоты и техники пассажирского судна боевого опыта не имели. Они воодушевились: улыбались, шутили. Даже с физиономии Кифары пропал его извечный скепсис.
— Ты, скотина безномерная! — вибрировал в динамике голос Горца. — Ты чё творишь, а? Да я тебя по щитам размажу! Да я тебя!..
Орать-то Горец орал, но его команде сначала нужно было стабилизировать крейсер, потерявший одну из мобильных светочастотных пушек. А им это не очень-то удавалось.
Рэм, пользуясь нерасторопностью врага, всматриваясь в показания приборов, сосредоточенно искал другие слабые места боевой машины.
Эх, будь у корта хотя бы противометеорные светочастотные установки…
Но пассажирские суда не ходят по «грязным» трассам, их максимум — облако космической пыли.
Однако у корта были достаточно мощные магнитные и домагнитные щиты, что позволяло гасить удары крейсера послойно, с минимальным риском для пассажиров и экипажа. Можно было продержаться какое-то время в глухой обороне. Но и только.
Манёвр с модулями был одноразовым, рассчитанным на неожиданность. Если его ещё не просчитал навигатор вражеского крейсера, то это дело минут.
Команда веселилась и перешучивалась, Рэм хмурился, а Горец, выровняв крейсер, почему-то не нападал, но и переговоров не запрашивал.
Поорав немного, он отключился. И непонятно было, что сейчас творится на вражеском корабле.
Испугаться там не могли. Поражение было тактическим, обидным. Но не более чем проигрышем первого раунда.
Однако Горец молчал.
Ули вдруг вскинул руку с коммуникатором и выбросил на всеобщее обозрение личный чат.
Парень был бледен и напряжён.