Я уже и до откровений ведьмы понял, что раз дела вокруг княжны Ростовской крутятся серьёзные, то и решать их должны серьёзные дяди. Достаточно влиятельные, но при этом не самые видные, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Речь пойдёт, так полагаю, о княжне Ростовской? — спросил я.

— Именно, — Вышнедревский чуть склонился вперёд, понизив голос, — Стыдно признаться, но МЫ… — барон произнёс «мы» чуть выразительнее, чем следовало бы, — … мы слегка упустили Качканар из виду, решив, что спрятали княжну довольно хорошо.

— А поменять фамилию… Ну или титул там скрыть до лучших времён, не пробовали, а? — съязвил я, — А то чистокровным было ну прям трудно княжну Ростовскую найти, тем более, в городке у двоюродного дяди.

— Кхм. Воевода Платон Игнатьевич, конечно, предупреждал меня, что вы за словом в карман не полезете…

— Ну извините, господин барон! Так понимаю, ВАМ… — тут я тоже отметил «вам» выразительнее, чем следовало бы, — … вам не нравится, когда указывают на элементарную логику?

— Всё несколько сложнее, чем кажется, Борис Павлович. Волшба на самом деле не терпит лжи, а уж волшба великая и древняя — тем более. Такая древняя, как Круг Силы.

Мои брови чуть подскочили. Если рядом со мной сидел барон, которого я видел впервые, и так легко озвучивал слова, запретные в Российской Империи, то это значило одно из двух… Либо он из чистокровных, либо и вправду послан самим императором.

— Вас послал император? — сипло спросил я, чувствуя себя не в своей тарелке. Слишком уж опасные истины мы обсуждали.

— Понимаю ваши опасения. Нет, я не из чистокровных, и даже больше скажу — ненавижу их всей своей полукровной сутью.

— Раз мы сразу заговорили о Круге Силы, я так понял, пути назад у меня уже нет…

— Вы схватываете на лету, — улыбнулся Вышнедревский, — Поэтому перейдём сразу к сути.

И он снова достал золотые часы. Раскрыл их совсем с другой стороны, явив мне аккуратный круглый камушек. Чёрный, с ярко горящей красной руной на нём.

—Орочий уголь правды, — тут же сказала Велена, —Вы оба приложите палец, и по следу на них будете видеть, кто говорит правду, а кто лжёт. Тот, в ком хоть капля орочьей крови, солгать не сможет. Примитивная волшба, но надёжная.

Вышнедревский приложил указательный палец, и я сделал то же самое. Потом с любопытством посмотрел на угольное пятно на подушечке пальца.

—Пятно раскалится до красна и будет обжигать, если ты солжёшь, — пояснила Велена.

— Рад, что вы в курсе, что это такое, — сказал барон, когда я без особого удивления опустил руку, — Перейдём к разговору. Я прибыл сюда, сопровождая графа Ефратова.