Почему шестьдесят четыре — надо объяснять?

— Хорошо хоть стенды доставили заранее, — говорит с довольным видом Кристина, — Мы бы не унесли.

— Сейчас не время и не место, милая моя жена, но один вопрос я задам — откуда столько⁈ — старательно удерживая похер-фейс шепчу ей я, — У нас же все производства заняты!

— Заняты, — дирижируя зонтиком, Кристина указывает очередной бронированной китаянке, куда именно та должна встать, — Но я с братьями открыла одно… лишнее. В Гарлице. Забрала туда Трифонова, помнишь, ты о нем спрашивал? Ну так вот, пока братья игрались, и, кстати, продолжают играться в мастерской возле имения, а Михаил чересчур занят бумагами, я поручила Трифонову собирать «бегемотов». А теперь извини, мой дорогой муж, мне нужно увести девочек домой.

Девочек.

Шестьдесят четыре массивных доспеха, выстроившиеся в колонну по трое, и возглавляемых хрупкой брюнеткой с зонтиком, начинают синхронное движение вверх по улице, в сторону их школы для не очень благородных девиц. Могучие, снабженные амортизаторами, ступни аккуратно ставятся на асфальт, покатые железные спины покачиваются в такт ходьбе, слышится низкий рёв спешно уезжающих «беров»… Утро определенно задалось.

Про свидетелей вообще молчу.

— Дайхард, — раздается голос барона Медичи, — Вы собираетесь захватить город? Хотя нет, о чем это я… Ваша жена собирается захватить город?

— Не знаю, — как-то автоматически отвечаю я, — Она не поделилась со мной планами на послеобеденное время. Но думаю, что она не стала бы заниматься подобным в субботу.

— Разве Терновы евреи?

— Нет, конечно. Просто сегодня вечером мы идём с ней в театр.

Захватить? Легко. Телеграф, телефон, почтамт, да хоть все банки. Удержать невозможно будет, да, когда подтянут волшебников и опытных дворян с заковыристыми заклинаниями в чернокнигах. А захватить — тьфу, вообще не вопрос.

Возможно, мне стоит ждать звонка от кого-нибудь из верхушки города. Или страны.

До вечера мы занимаемся тем, что я и обещал барону и баронессе. Они оба осваивают следующую модификацию «увальней», простых и понятных доспехов, а я вожусь со своей моделью «черной осени», настраивая внутренние сенсоры на максимальную чуткость. Мне хочется, чтобы доспех двигался невесомо, от малейшего моего движения. Есть на этот счет кое-какие идейки.

Фурио Медичи, при всей своей нелюбви к доспехам, втягивается в обучение. Подвижному и энергичному итальянцу, проведшему почти всю жизнь в странствиях, безделье претит. Ария от него не отстает, живо интересуясь броней, способной защитить её тушку от ран и смерти. Она даже приятно удивляет меня, спрашивая, а нельзя ли одолжить одного из «бегемотов», на что получает ответ, что практиковаться лучше в «увальнях». Временами нас посещают с проверяющим визитом Курв и восседающий на его спине мэтр Вергилий.