— Твой муж — настоящий полковник, — пояснил я, открывая калитку перед дамой, — На действительной службе. То есть, обычная полиция тут власти не имеет, нужна военная. А это уже очень охраняемая от чужого влияния служба. Если бы не это, люди Томилина бы сейчас здесь свисали даже с деревьев. Завтра мы еще усугубим всё это, отправив пятерку «бегемотов» в академию.

— Дорогой, мне бы не хотелось их лишаться… — в тоне жены просквозило «не для тебя эти птенчики росли!».

— Ничего страшного, милая. Я их привезу, попробую продать академии, а затем увезу.

— Зачем тогда брать все пять? Возьми один!

— Это будет слегка не то…

Академия — это последнее место на Сердечнике, где нужен «бегемот». Он слишком сильный, слишком дорогой, слишком простой в управлении. Просто сама попытка толкнуть эти железки будет выглядеть так, как будто я не знаю, что с ними делать. Ну да, жена зачудила, можно сказать, огорошила, а бедный князь, на голову которому свалилось столько печали, пытается как-то выправить ситуацию. Логично? Вполне.

Чем сильнее мы запутаем недоброжелателей, тем выше шансы оказаться сверху, когда начнется буча. За дворцом, в котором остановились мать-императрица и её отпрыск, ведется круглосуточное наблюдение. За фигурами поменьше и попроще, вроде того же Томилина, надзор куда плотнее. Это уже заслуга Синдиката, не стоящая мне ни рубля — главному полицмейстеру делают внушение, напоминая правила игры.

Война уже идёт вовсю, просто не звучат выстрелы.

Кроме парочки тихих китаянок, нас внутри встречала высокая, статная, фигуристая Пиата. Вся в белом, прямо как невеста. Наряду с распущенными волосами — прямо привидение, ни дать, ни взять.

— Какая ты у нас большая девочка выросла… — смахнул несуществующую слезу я, глядя на неё.

— С порога обижает! — белугой завыла улыбавшаяся до этого эйна, — Какое плохое зло я тебе сделала?!!

— Я пожаловалась Кейну, что ты тренировалась подкрадываться в моем кабинете, — ровным тоном поведала Кристина, отдавая верхнюю одежду служанкам, — У меня, кстати, ребра до сих пор болят.

От смеха.

— Злые вы!

— Мы тебя любим, — улыбаясь, повёл я жену наверх, — Несмотря ни на что…

— Кейн!!

— Хочешь знать, какой у неё сейчас размер груди? Я видела её в ванной…

— Кристина!!

— Девочки тоже видели. Видишь, как погрустнели? Там такое…

— Да знаю я. Она ко мне тогда в мокрой простыне пришла…

Скорбно взвыв, высокая блондинка пустилась в бегство.

— Мао Хан, будь добр, отнеси ей гостинцы.

Не то чтобы я был совсем уж однолюбом, способным попросту не замечать других женщин, но Пиата — случай особенный. Какой бы она ни была сейчас, для меня она всегда останется маленькой шкодливой девчонкой, ворующей сладости и забирающейся мне на плечо. Сейчас у неё сложное время, буквально переосмысление всей жизни и поиск нового места в ней. Она учится, одновременно помогая моей жене со всей этой китайской ордой, следит за Алисой вместе со Станисом, которого княгиня изредка загружает такой нехарактерной просьбой. В общем, жизнь девчонки пока довольно тяжела. Мы можем её слегка упростить, но не хотим — у Пиаты сейчас аж шестьдесят четыре шанса наладить общение с кем-то кроме узкого круга её знакомых.