Санаторий, где изволил лечиться главный полицмейстер Томилин, чуть не поймавший инфаркт на рабочем месте, располагался в живописном месте, сплошь засаженным корабельными соснами или чем-то наподобие, длинными, высокими и красивыми. В моем мире на месте этого заповедника был город под названием Всеволжск, а тут, на достаточно смешном расстояние от Петербурга, были лишь усадьбы и санатории.

Очень удобное место, где и полечиться можно, и содержать тех будущих «полицейских», кто не успел разбежаться после пожара. Последние меня не интересовали.

Спрятав мотоцикл в ветхой хибаре на перекрестке двух грязевых дорог, мы увенчали хибару еще не отошедшим от ранений Мао Ханом с пулеметом, получив тем самым серьезное прикрытие на всякий пожарный, а затем, вооружившись биноклем и всем остальным, пошли этот самый «пожарный» зарабатывать.

— Что мы тут делаем, Кейн? — наконец, спросила эйна, занявшая стратегическую позицию со мной в кустах.

— Видишь здание? Полная зачистка. Всех, кроме Томилина, под нож. Никаких свидетелей.

— Подожди… я вижу слуг. И вон, девочки в чепчиках… и ребенок. Три ребенка!

— Не нервничай мне в ухо. Успокойся. Ни детей, ни слуг не трогаем. Они нас не увидят и не услышат.

— А как…?

— Увидишь. Главное втихую пробраться к черному входу…

— Тогда надо ждать, Кейн.

Что же, подождем. Правда, почти сразу выяснилось, что просто так ждать мы не будем. Только я получше прикопался под кустом, чтобы уж точно не заметили, как высшая эйна решила, что самое время прижаться ко мне поплотнее, и… начать рассказывать о том, что она выследила тех неудачников, которые покушались на Кристину!

Это оказались три московские стервы! И гребаный Молотов!

История, подслушанная Пиатой, оказалась настолько… бытовой и прозаичной, что дальше некуда. Началась она в тот далекий день, когда троица этих сучек-боярышень решила выйти из «игры» московской академии, для чего и легла под местных альф. На следующий день потоптанным мокрощелкам на глаза попалась Тернова — умница и отличница, но чахлая здоровьем и богатая странной внешностью, вот они и решили за её счет самоутвердиться. Кристина, почти не обращая внимания, несколько раз их грубо и прилюдно отшила… от чего и пошла «война».

О том, что это была «война» княгиня… ну да, узнает от меня. Бывшая Тернова была слишком сосредоточена на учебе, чтобы замечать усилия этих вертихвосток, а они расценивали это как удары в ответ. Тем не менее, ненависть к успешной студентке у поруганных девок была нехилая. Мало того, что ложиться под защитников, так еще и в будущем ничего хорошего не видно. А тут Тернова перед глазами. Худая, мелкая, серьезная… да еще и выслужившая личное дворянское звание на первом курсе!