///

Яков Владимирович человеком был высокомерным, но заслуженно. Для простолюдина выслужиться на один из самых ответственных постов в Руси было очень большим достижением. Уклад службы, выслуга лет и многочисленные знакомства позволили именно Якову занять этот пост. Занять и удержать, несмотря ни на что. Отличный повод для гордости.

И, опять же, именно по долгу службы он, Томилин, знал о людях немало разной дряни, что заставляло его относиться к ним свысока. Для многих из высшего света он был чудесным источником рычагов на ближнего своего. С ним охотно делились деньгами, ресурсами, связями. Да, некоторые барьеры для Якова Владимировича оказались непреодолимыми препятствиями, но он, как и его знакомые, никогда не шёл напролом. Высокомерие далеко не всегда означает слепоту.

…но, всё-таки, он зарвался, решив встать на сторону пресветлой императрицы в её противостоянии с Истинным князем. Мальчишка мальчишкой, только не все мальчишки начинают как он, Яков, с военной учебки и полуграмотным юным бедолагой. Некоторые, не успев достать серебряную ложку из задницы, уже сами братаются с принцами. А наследник императора не просто принц, это — армия!

В общем, главный полицмейстер города Санкт-Петербурга был крайне расстроен, в очередной раз увидев указание на своё место. Настолько, что даже сердце прихватило. Его он решил подлечить в вотчине своих знакомых и родственников, в санатории, куда Оргазовы после пожара не только переехали сами, но и приволокли своих подопечных, что позволило Якову полностью исключить из охраны подчиненных ему полицейских, требовавшихся сейчас на службе. Здесь, на свежем воздухе, главный полицмейстер уже два дня как принимал днем посетителей, которым вовсе не стоило лишний раз попадаться на глаза полиции. Заодно то, какая удобная оказия, чтобы самоустраниться от пожеланий её императорского величества! Пусть сначала со своим старшим сыном разберется, а уж потом Яков Владимирович сможет в своем городе устроить Дайхарду короткую, но очень веселую жизнь!

Совершенно дикий сон полностью вывел главного полицмейстера из колеи. Ему впервые в жизни приснилось столь четкое видение, что он полностью его помнил, даже после того, как с хриплым воплем открыл глаза. Его судили… китайцы? А каждому слову старухи-судьи подобострастно поддакивали сослуживцы и… принц с императрицей? Прокурором был Дайхард?!! На месте адвоката сидела огромная… жаба⁈

Это была обычная жаба! Она не умела разговаривать! Ни слова в его защиту! Животное! НЕСПРАВЕДЛИВО!

Вот с этим криком он и проснулся, поднимаясь на кровати и держась за грудь, в которой бешено билось сердце. Потянувшись дрожащей рукой к тумбочке, главный полицмейстер схватил с неё стакан воды и несколько таблеток, припасенных как раз на такой случай. Запив лекарство водой, он шумно выдохнул, откидываясь назад на подушки… но только затем, чтобы подскочить вновь, теперь уже от звуков чужого голоса. Размеренного, насмешливого, молодого.