Возражений не последовало, я кивнул.

— А когда Взломщик закончит, нужно будет ещё и уйти. Я тоже смотрел сказки про идеальные ограбления. Будь всё так просто на самом деле, в кино бы этого не показывали. Если Юшенг — начальник безопасности, то вряд ли стал им за красивые глаза. Я немного знаю этого парня, он законченный псих и параноик. Не удивлюсь, если в отсутствие хозяина занимается тем, что молится на его сейф.

— Я смогу подменить картинку, которая идёт на мониторы охраны, — сказала Леди, но как-то неуверенно. — Мне нужно лишь забрать обычную ночную съёмку и пустить её вместо прямой трансляции.

— Сколько ты уже на этом проекте? — спросила вдруг Дэйю, впервые подав голос.

— Неделю.

— И как, уже сумела раздобыть обычную ночную съёмку?

Леди прикусила нижнюю губу.

— Фактически любой избранный может отключить любые электроприборы, — продолжала Дэйю. — Камеры, сигнализации — в том числе. Теоретически, я могу в любое время войти в этот особняк и отыскать сейф, причём, никто меня даже не заметит. И глава клана Хуа не может этого не знать, я уж не говорю о начальнике службы безопасности. А значит, практически, защита, выстроенная вокруг этого сейфа, рассчитана на теней и призраков, которые просачиваются сквозь любые щели, а в случае опасности вступают в бой и за секунду убивают до десяти вооружённых человек. Этот особняк готов встретитьменя . Как думаете, готов он к вам?

Они вновь переглянулись в тишине.

— Тогда зачем мы здесь? — пожал плечами Ал.

— Вы — поддержка и опора, — сказал я. — Но — увы, не главные герои. Повторяю: готовьтесь, как готовились, срок — неделя. А я подготовлюсь по индивидуальной программе.

* * *

Дэйю я оставил в зале со спокойным сердцем. Уж с пятью быками она совладает шутя, если потребуется. И со Взломщиком найдёт общий язык, даже если придётся научить его петь фальцетом. Сам я вышел на улицу с невесёлыми мыслями.

Если моя догадка верна, и всю эту троицу гениальных преступников отправят на слив после выполнения работы, то где гарантия, что меня не постигнет та же участь? Гарантий нет, но есть вопросы. Первый: как? Даже если на меня в очередной раз наденут наручники, блокирующие способности — чего я, теперь уже наученный горьким опытом, допускать не намерен, — справиться со мной будет ой как непросто. Единственный способ заманить меня в ловушку — положить туда Кианга. Но после достопамятной морозилки я предпочту сначала издалека выпустить по Киангу целую обойму и оценить, как ложатся пули, прежде чем повестись на такое.

Чтобы меня убить, нужны избранные. Если такой редкий товар имеется у Фанга, то возникает второй вопрос: зачем было подписывать на дело меня? По-моему, я уже создал себе однозначную репутацию человека, который себе на уме. Доверять мне — глупо. Я ведь могу и исчезнуть с этим документом, чтобы потом всплыть в самом неожиданном месте и перетянуть одеяло на себя.