— Специалисты? — Я чуть не заржал. — Парни, которых вы отмазали от тюремного срока?
Фанг улыбнулся, но от ответа аккуратно уклонился:
— Плюс — небольшая огневая поддержка, на случай, если что-то пойдёт не так. Понимаю, в сражении с избранными это — мелочь, не достойная упоминания, но всё же лучше, чем ничего. Я понимаю, что тебе нужно время…
— Время, и не только, — сказал я. — Мне нужен Ксиаози.
Фанг нахмурился:
— Если ты собираешься сводить счёты…
— Я не собираюсь сводить счёты. Вы ставите передо мной задачу, а уж как её выполнять — моя забота. Для выполнения задачи мне нужен Ксиаози. Вытащите его и считайте, что я приступил. Устраивает?
Если Фанг и обдумывал мои слова, то на скорости принятия решения это никак не отразилось. Он протянул мне руку со словами:
— Ксиаози освободят в течение часа. Когда ты сможешь выехать?
— Я бы предпочёл не отчитываться. — Я пожал Фангу руку. — Дайте мне всю необходимую информацию насчёт того, как найти эту вашу штаб-квартиру. А остальное — за мной. Обещаю, что тянуть не буду.
Глава 20 Призраки прошлого
Дома царила погребальная атмосфера. И смерть Гуолианга, который хоть и не был членом семьи, но к которому все привыкли, была тут не единственной причиной для опущенных голов и мрачного молчания.
Ниу явно до смерти хотелось задавать вопросы. Меня за два дня дважды арестовывали. Раньше такого не было, значит, что-то изменилось. В какую сторону? Чего ждать дальше? Если бы я мог дать ответ…
Сильнее, чем Ниу, тревожное любопытство глодало Кингжао, но и она не решалась обращаться с вопросами. Я был главой этого дома, и всё, что я делал, не подлежало обсуждению. Отчасти я сам завёл такие порядки, хотя и национальная почва была подготовлена.
Сидя за обеденным столом, я вдруг поймал себя на том, что мне не хватает расспросов. Мне не по себе без оханий и аханий, без слёз, без нелепых предположений о том, как выкрутиться из сложившейся ситуации. Что это, дело привычки из прошлой жизни? Или же я, в кои-то веки, боюсь сам принять решение? Но решение уже принято, назад сдавать поздно, да я и не собираюсь.
И всё-таки что-то глодало сердце.
Дэйю пропала. Гуолианга больше нет. В этом мире было лишь трое человек, знающих, кто я такой. А теперь остался один Кианг, и то попробуй найди этого выродка. «Чудовище» в аквариуме с «презрительной мордой». Эх, надо было попросить Гуолианга нарисовать эту морду! Хотя с него, конечно, рисователь тот ещё, с одной-то дрожащей рукой.
— Спасибо, — сказал я и отодвинул полную тарелку.
Сейчас будет: «Ох, Лей, но ты же совсем ничего не съел! Что с тобой такое, расскажи, не держи в себе?».