Юн поклонился Киу и получил такой же поклон в ответ, проигнорировал Юшенга и смерил взглядом Кианга.
— Господа, — заговорил Реншу негромким спокойным голосом, — я вижу, что здесь возникли какие-то трудности. Если вам нужно время для их разрешения, мы можем подождать снаружи, или, возможно, будет уместным перенести встречу на другой день.
Смотрел он в этот момент на три трупа, о которых и я, и Кианг уже успели забыть.
Я думал, лихорадочно пытаясь уложить всё у себя в голове. Данных было слишком много, и все они должны были составить одну объёмную картину, без понимания которой любое моё действие было бы безрассудством.
Кианг хочет провести надо мной какой-то ритуал, для этого ему нужно пятеро носителей разных духов. Жёлтый дракон — он сам, Красная птица — Киу, Белый тигр — Юшенг. Чёрную черепаху я, похоже, застрелил в гостиной у Киу. (Ну прости, Кианг, если б я знал о твоих планах, то, конечно, пристрелил бы сразу и самого Киу.) В качестве Лазоревого дракона Кианг пригласил Юна.
Реншу — тоже Красная птица, как Киу, как Дэйю. Может, это самый распространённый вид духа, а может, просто совпадение. Остальные ребята, судя по всему, к избранности имеют отношение чуть менее, чем никакого, а значит, расчёт Кианга не оправдался.
Что бы я сделал на его месте? Очень просто: «законсервировал» бы себя. Наручники, блокирующие дух, удар по башке, темница. И — ждать, пока снова соберётся нужная команда.
На чьей стороне Юн — понять невозможно. Даже если он мне сочувствует, против Кианга в открытую уж точно не попрёт. А значит, если я захочу выразить особое мнение, мне придётся драться одному против всех. Минимум трое избранных, толпа обычных солдат и чёрт знает кто ещё снаружи.
— Нам это не помешает, — сказал Кианг, бросив взгляд на трупы. — Ритуал можно произвести и неполным составом. Правда, это потребует от нас больше сил.
— Так давайте начнём! — нервно крикнул Киу.
Он поглядывал на Юна, на Кианга. О, да, тут же завязался ещё один узел. Киу прекрасно понял, о каком документе шла речь, но, как и Киангу, ему помешало развить эту тему появление Юна. При нём, а тем более при Реншу, обсуждать такой щекотливый документ было невозможно. Киу хотел сохранить в тайне само его существование, как и Кианг, который не был готов начинать торги, или уж что он там задумал. Хотя бы потому, что документа у него в руках не было.
— Мы бы хотели прояснить кое-какие детали, — сказал Юн. — Прежде чем приступить к ритуалу. Правильно ли я понял, что от нас требуется уничтожить душу этого человека? — Он указал на меня — по-прежнему как на кого-то, отсутствующего здесь, как на мою фотографию в лучшем случае.