— Разумеется.
— Но не удивлён?
— А чему тут удивляться? Тому, что государственная пенитенциарная система не готова прощать убийства граждан этого самого государства? То, что думаю о барыгах я — моё дело. А перед законом равны все, даже последние подонки. И любой из них имеет право на защиту со стороны государства.
— Здраво, — кивнул Фанг. — Приятно, что мы разговариваем на одном языке. Так вот, Лей. Как уже говорил, я являюсь представителем государственной власти. И у нас — государства — в некоторых аспектах частенько связаны руки. Мы обязаны следовать букве закона — даже в отношении последних, как ты выразился, подонков. В отличие от твоего клана. Клан Ченг живёт и действует по правилам, которые установил ты. И, не буду скрывать, мы находим вашу деятельность во многом полезной для общества.
— Вот как, — медленно проговорил я. В целом уже догадываясь, что за этим последует.
— Да, — кивнул Фанг. — Полагаю, на этом со вступительной частью можно закончить и перейти к делу. Моё предложение тебе и твоей команде: легализоваться. Об официальном трудоустройстве речь, разумеется, не идёт. Но начиная с сегодняшнего дня, если мы договоримся, ты можешь считать свой клан находящимся на службе у государства.
— Охотники за головами, — пробормотал я.
— Что? — удивился Фанг. В этом мире определение явно не было расхожим.
— Я читал, что когда-то, в одной заокеанской стране, это называлось «охотники за головами», — пояснил я. — Преследование тех, кого нельзя или слишком затруднительно привлечь к ответственности по закону.
— Не слышал ни о чём подобном. Но я, к стыду своему, и не большой знаток истории других стран… Суть предложения ты понял, так ведь?
— В целом, да. Вы предлагаете моему клану находить и обезвреживать тех, до кого по каким-то причинам не можете дотянуться сами.
— Верно, — кивнул Фанг.
— Спасибо за доверие. Мой ответ — нет.
Надо отдать Фангу должное: если он и удивился, никак этого не показал.
— Могу я узнать, почему?
— Безусловно. Я не готов действовать по вашей указке и становиться орудием в чьих-либо руках.
— Но мы преследуем одну цель.
— Весьма вероятно. Однако почему-то сомневаюсь, что вы будете сообщать мне подробности о каждом, на кого укажете в качестве объекта охоты, и интересоваться моим мнением на этот счёт. Сейчас все решения я принимаю сам, и меня это абсолютно устраивает. Действовать с завязанными глазами я не готов.
Фанг помолчал. Выразительно посмотрел на планшет — содержащий, по его утверждению, полный список прегрешений клана Ченг в целом и моих личных в частности.