Белый с синим пояс, конечно, смотрелся на чёрном фоне нелепым пятном, но Торн был готов закрыть на это глаза ради нелишних возможностей такого девайса.

— Всё в порядке… нет. — Парень прервал сам себя, коснувшись пальцем правой стороны ворота у шеи. В то же мгновение тот зашелестел, выпустив растущие вверх и сплетающиеся в нечто цельное пластины, а спустя десяток секунд Торн уже вращал головой в монолитном шлеме, системы которого пробуждались после консервации. — Вот теперь порядок. Все системы комбеза, брони и шлема работают в штатном режиме. И… простите, а как вас зовут?

— Майор Бозов, парень. Сергей Бозов.

— Торн. Благодарю, майор Бозов. Я не подведу и оправдаю ваше доверие. — Логичным ему показалось так же представиться. Без фамилии, конечно, но своей собственной, не «приютской», у него и не было никогда. Не счёл нужным получить в своё время, отложив решение этого вопроса на потом. Очень далёкое потом…

— Не за что благодарить. — Мужчина поморщился. — В мирное время тебя бы и на пушечный выстрел к арсеналу не подпустили, а в условиях образования нокт-области снаряжение так или иначе, но выдают всем адекватным и владеющим хоть какими-то навыками гражданским. И то, нам ещё стрельбище посетить предстоит, раз время и возможность есть. Выберешь, что придётся по руке…

— Мне бы «Гадюку», майор. — Поспешил вставить своё слово Торн, почуявший близость лекции по вооружениям ООБ. — У меня в последний раз было восемьдесят семь баллов с ней, а с остальным оружием я и до восьми десятков не дотянул.

— Восемьдесят семь? Тренировался где? — Парень качнул головой. — Тогда где ж ты так наловчился? Балл этот — как у лучших выпускников элитных училищ…

Теперь поморщился уже Торн:

— Шестнадцать раз пытался поступить по полному тесту, майор. Метил в элитные подразделения, отказываясь от поступления в рядовые войска. Но не получалось добрать нужную сотню процентов сопротивления, а полезных морф-мутаций у меня нет. — То ли Торн хотел как-то оправдаться, то ли просто не желал, чтобы его причислили к неудачникам, но майор, по всей видимости, изначально не собирался делать ни того, ни другого.

Он как услышал про шестнадцать раз, так и застыл, глядя на парня с явным недоумением во взгляде.

— Парень… Торн, то есть. Больше пяти раз в год тебе просто не дадут попробовать. Тебе лет-то сколько?

— Двадцать два года почти. А пробовал я с самого выпуска из школы. В первый год всего раз, а в последующие три стабильно «вырабатывал» норму. Я этим не горжусь, не подумайте, но среди гражданских лиц кого-то лучше меня вряд ли в принципе можно найти. И я знаю, с чем справлюсь, а что мне лучше в руки не давать. Гранаты, например, я метаю так себе. — Уверенно произнёс парень, прикосновением к вороту заставив шлем вернуться в свёрнутое положение.