А пройти этот осмотр… ну, Торн мог придумать массу других, менее болезненных и унизительных способов покончить с жизнью, нежели добровольно отдаться на опыты учёных. Так что знание о том, куда деваться, если с властями «не заладится», было нелишним.
Сейчас вопрос лишь в том, как лучше будет поступить: тихонько свалить или попытаться выйти на контакт?..
Глава 8
Сейчас вопрос лишь в том, как лучше будет поступить: тихонько свалить или попытаться выйти на контакт?
Увы, ответить на этот незамысловатый вопрос Торн банальнейшим образом не успел: один из шагоходов резво довернул корпус, и без полной остановки выстрелил в сторону наблюдающего за ним парня. Тот не растерялся, из полуприсяди бросившись вглубь комнаты, и сделал это, как оказалось, не зря.
Солидных размеров гарпун не попал в окно, но кирпичную стену пробил играючи, обдав Торна ворохом ало-серого крошева и воткнувшись в пол. Почти сразу странная верёвка, которая к этому гарпуну крепилась, натянулась, но ошалевший от захлестнувшего тело адреналина парень не позволил противнику вернуть «снаряд» — один широкий росчерк отросшими и вспыхнувшими алым когтями, и верёвка с хлёстким щелчком вылетела наружу.
А вот гарпун Торн, оценив его размеры, самым наглым образом прихватизировал, выдрав тот из пола. Это полутораметровое «копьё» казалось увесистым даже для нынешнего, ставшего куда более сильным парня, так что его потенциальную эффективность он оценил очень и очень высоко.
«Как говорится, тяжесть — это хорошо, тяжесть — это надёжно. Даже если такая хреновина погнётся, менее опасной она от этого не станет». — Ухмыльнулся парень, в последний раз взвесив гарпун в руке. — «Самое то для того, чтобы наделать дырок в шагоходе, лишённом, по сути своей, хорошего бронирования».
Подобные машины создавали лёгкими и подвижными, с открытыми сочленениями, так как нечто очень тяжёлое и способное держать удар — это, строго говоря, уже танк. А зачем нужен танк на ходулях, если основная масса преимуществ конструкции при таком подходе просто теряется?
Вот и бродили шагоходы, сверкая на всю Ивановскую «голым» нутром, проводами и уязвимой начинкой, которые, если подобраться поближе, будет легко повредить, выведя тем самым машину из строя.
Торн, хмыкнув вслед этой шальной мысли, тихой сапой покинул комнату, в которую больше не залетало ничего постороннего. В мозгу на основе свежих воспоминаний стремительно выстраивалась схема шагохода, и на основе этого парень пытался представить себе его боевые возможности.
Очевидно, что основное предназначение такой машины — это работа в нокт-областях, отстрел ноктюрнов, поиск аномалий и, вероятно, составление карт местности, которая сильно менялась со временем. Но наличие всего двух пусковых установок с гарпунами, как и отсутствие иного вооружения, указывало на высокую подвижность шагоходов.