И, покуда Торн доворачивал корпус и готовился к новому рывку, гарпун воткнулся в легковушку впереди, взорвавшись ворохом шуршащих, срывающихся на окружающие предметы искр. Резко стало понятно назначение каната, соединяющего пусковую установку и непосредственно снаряд… что, впрочем, мало что меняло в избранной парнем тактике.

Выпущенный только что гарпун ограничил машину в способности вращать башней, так что парень рывком ушёл влево, рассчитывая или выгадать преимущество, или вынудить машину продемонстрировать ещё одну часть своих возможностей.

Сыграл второй вариант: конец каната с щелчком оторвался и свалился на землю, словно отброшенный ящерицей хвост, конец каната, а сам шагоход очень шустро метнулся в сторону, стремясь если не разорвать дистанцию, то хотя бы снизить темпы её сокращения.

И судя по звукам, доносящимся из-за дома, остальные боевые машины уже спешили обратно.

Времени у Торна оставалось не так уж и много.

«Только в лоб. Иначе не успеть» — резкая и хлёсткая мысль подвела черту под дальнейшим планом действий, сжав тот до предельно простого тезиса — идти напролом! Торн уже безо всякого стеснения бросился прямо к цели, неотрывно следя за пусковыми установками шагохода, который в любой миг мог исторгнуть из механического зёва смертоносный снаряд, попадание которого, пожалуй, было бы невозможно пережить даже подлинному супермутанту со всей его бронёй и живучестью.

А расстояние всё сокращалось и сокращалось. Пятнадцать метров. Десять. Семь — и гарпун выстреливает, втыкаясь в землю под ногами некогда человека. Тут же бьёт разряд электричества, перекидываясь на опорную ногу Торна. Но тот не замедляется: лишь перебрасывает вес на вторую конечность и яростно рычит, чувствуя, как в онемевшую на мгновение конечность возвращается чувствительность, приправленная острой, пульсирующей и ветвящейся в плоти болью.

Правая рука с гарпуном уже отведена назад, нужно лишь ударить. Расстояние минимально, а механические лапки боевой машины не в силах выдать импульс, сравнимый с таковым у хищника, коим стал Торн. Если бы шагоход разогнался, то догнать его было бы непросто, но машина сама загнала себя в ловушку: вне дорог во дворе просто не было достаточно открытых пространств.

«Попался» — утробный рык ликующего зверя вырывается из груди Торна, а его мышцы напрягаются, наполняясь дикой, первобытной и злой силой.

Миг — и гарпун устремляется вперёд. Металл встречается с металлом, но сопротивление длится лишь миг. С одной стороны — хрупкость нутра шагохода, а с другой — закалённый сплав, предназначенный для убийства даже самых крепких ноктюрнов. Исход был ясен с самого начала, а сейчас всего лишь закрепился ожидаемый результат: гарпун со скрежетом прорубил всё то, что имело наглость оказаться на его пути, и погрузился в самое сердце рейдерской машины.