— Где Марина и Аля?

— Там, — Салман указал рукой.

Русский побежал в комнату. Не понимая, что с ним происходит, Салман посмотрел на Мусу. Тот стоял, безвольно опустив руки вдоль тела. «Что это с ним? — подумал Салман. — И со мной?»

Из комнаты показался русский. Он держал девочку на руках. Следом шла женщина. За ней — Ваха. Лицо у него будто застыло. Как Муса, он держал руки вдоль тела.

— К нему! — русский указал на Мусу.

Ваха смиренно подошел и встал рядом. Он настолько не походил на себя, что Салман не верил глазам. Ваха, горячий и гордый, без раздумий пускающий в ход нож, подчинялся русскому, как овца. Салман хотел это сказать, но не смог — язык будто прилип к небу. Тем временем русский с женщиной встал и окинул их взглядом. Взор его не сулил доброго.

— Они обижали вас? — спросил женщину.

— Вот этот, — указала она на Мусу, — замахнулся на Алю. Я закрыла ее, и он ударил меня.

— Ясно!

Русский отдал девочку женщине и шагнул к Мусе. Ударил ногой. Хрустнула кость. Муса повалился на пол и завыл, вцепившись в колено.

— Этот? — русский указал на Ваху.

— Грозил мне ножом.

— Покажи! — приказал Вахе русский.

Тот послушно достал нож. Русский перехватил его кисть, повернул. Затрещали сухожилия и кости. Нож выпал на пол, Ваха прижал сломанную руку к груди, застонал.

— Этот? — русский повернулся к Салману. Тот вспотел.

— Он у них главный. Сказал, что ты попал в ДТП и нужно установить личность. Заманил в машину. Меня не бил, наоборот, прикрикнул на этого, — женщина указала на Мусу.

— Понятно. Идите в машину. Она стоит у подъезда, двери не заперты. Подождите меня в ней.

— А ты?

— Я скоро. Поговорю с этими и приду.

Женщина кивнула и торопливо вышла. Русский проводил их взглядом и повернулся к Салману.

— Кто послал? И зачем?

«Не скажу!» — подумал Салман, но, к своему удивлению, заговорил:

— Ахмад. Ты продал ему камни. Он велел забрать их и твой бизнес. Там папка, — Салман указал на стол.

Русский подошел, взял папку и быстро пролистал договор. Хмыкнул и спрятал ее в рюкзак. Закинул его на плечо.

— Что собирались сделать с женщиной и со мной?

Салман не хотел отвечать на этот вопрос, но сказал:

— Убить.

— Даже ребенка?

— Это Ахмад, — выдавил Салман. — Он приказал.

— Вы многих убили?

— Одиннадцать человек…

'Что я говорю! — ужаснулся он, но молчать почему-то не получалось.

— Всех по его приказу?

— Для Ахмата двоих. Остальных сами. Забирали деньги, трупы закапывали. Одного звали как тебя, — Салман сам не знал, почему это сказал. — Вы похожи. У него было много денег…

Лицо русского словно окаменело. Салман сжался.