— Я согласен с Константином Петровичем, — президент глянул на министра обороны. — Спасать нужно детей. Остальные не интересны. Помогай вам Бог! Идите! Вас проводят…
[1] Организация Договора о коллективной безопасности.
[2] Белорусско-китайское предприятие по сборке легковых автомобилей.
[3] 1 сентября 2004 года террористы захватили школу в Беслане. В ходе операции по освобождению заложников погибло 333 человека, в том числе 186 детей и 10 сотрудников спецподразделений.
Глава 20
20.
Видео поймал Мозг. Зачем он шарился на арабских сайтах, я не спросил. Возможно, изучал жизнь шейхов. Новость, однако, он уловил. Записал ролик и показал его мне его. Меня будто ломом по лбу стукнули.
«Она Чувствующая, — сообщил Мозг. — Очень сильная».
Я знал это. Взор девочки, полный ужаса, прожигал душу… «Нужно действовать! — сказал я себе. — Эфор обязан спасти Чувствующую». Но я лгал себе. В школе сотни детей, спасти нужно всех.
«Ищи информацию! — велел Мозгу. — Все, что найдешь».
Он занялся. Я ждал. Отрешиться не получилось, меня трясло. Хорошо, сотрудники не смотрели — ушли обедать. Наконец, Мозг передал файлы. Я слил их на флешку, взял рюкзак с Мозгом и побежал к лестнице. Объяснять ничего не стал — шефу нужно, а куда — не их дело. По пути к Дворцу Независимости я составлял план. Президенты ведут переговоры, тема — стеклянные батареи. Это я знал. Они неизбежно договорятся — обоим выгодно. Совместное производство позволит России сделать рывок. Технология подтянет электронику и автомобилестроение. Воспрянут и другие отрасли. Россия окрепнет экономически, на Земле появятся два полюса силы. Угроза войны снизится. Я не просто так технологии раздаю. У эфора есть миссия…
На переговорах меня вспомнят. Это позволит пробиться к президенту России. Без его указания я ничего не смогу. Эфор может многое, но он не бог.
Машину пришлось парковать далеко от дворца — ближе не получалось. Я оставил рюкзак в салоне — с ним все равно не пустят — и пошел пешком. Остановили меня на подходе. Я объяснил охраннику, куда и зачем иду. Пришлось слегканадавить . Он забурчал в рацию и проводил меня к входу. Там встретили.Давить пришлось вновь — иначе не пробьюсь. Нежелательно, но что делать? Воздействие на сознание оставляетлепестки . Человек вспомнит, что совершил нечто против своей воли. Смутно, но все же. Плохо ссориться с охраной, но выбора нет.
Разговор с президентом не затянулся. На него я не давил — глупо. Стоит мне покинуть дворец, как он вспомнит. Подобное не прощают. Указание он отменит, а меня ждут проблемы. Да бог с ними, дети погибнут…