— Потому что житься нам теперь не дадут! — подключился худощавый мужик из нашего подъезда. — Уже сегодня диверсия была.
— Какая диверсия? — спросит я. — Ну-ка давайте подробнее, что случилось?
— У нас всю первую половину дня воды не было: ни горячей, ни холодной! — ответил худощавый. — Поди, Юлиан что-то мутит.
— Да никакая это не диверсия, дядь Паш! — отмахнулась Маринка. — Я с сантехником разговаривала. Они канализацию прочищали, пришлось воду перекрыть.
— Так и было, — подтвердила бабка. — Какая-то сволочь в нашем подъезде несколько пачек сигарет в унитаз смыла, вот канализация и забилась.
— И вправду сволочь, — согласился дядя Паша. — Сигареты в унитаз. Кстати, Илья, у тебя сигаретки не будет?
— Нет, — ответил я и мысленно добавил: «Я их утром в унитаз смыл».
Стало стыдно. Невероятно стыдно. Но кто ж знал, что этот смыватель окажется не универсальным? Многое ещё мне предстояло узнавать об этом мире.
— Так что, обсудим стратегию? — слова Марины вывели меня из раздумий.
— Стратегия не возникает из воздуха. Она вырабатывается по ходу процесса, — терпеливо ответил я. — Для начала мне необходимо детально посмотреть документы, которые…
— А чё тебе их смотреть, Илюх? — бесцеремонно вклинился в разговор щуплый, взъерошенный мужичок. — Будто ты в них хоть что-то понимаешь, в бумагах этих!
Память реципиента мгновенно подсказала, что это дядя Петя с четвёртого этажа.
— Пётр Николаевич, что вы такое говорите? — возмутилась Марина. — Илья, вообще-то, юрист!
— Да какой он юрист? Смех один! Бумажки перекладывает. Вот мой племянник, Лёха — вот это юрист! Международного класса, между прочим!
Активисты, как по команде, потеряли ко мне всякий интерес и повернулись к дяде Пете. Магическое словосочетание «международного класса» подействовало на аборигенов гипнотически.
— Он такие дела выкручивал! — воодушевлённо вещал дядя Петя, размахивая руками. — Банки нагибал! Кредиты безнадёжные списывал! Нефть туды-сюды гонял, только контракты шелестели!
— Пётр Николаевич… — робко подал голос кто-то из толпы. — А ты можешь с ним поговорить? За наш дом?
— А чё я-то? — ответил дядя Петя. — Сами поговорите. Он у меня сегодня в гостях совершенно случайно оказался, вареники лопает.
Дядя Петя задрал голову и, сложив руки рупором, заорал:
— Лё-о-оха! Выходи!
В окне четвёртого этажа сразу же появилась жующая рыжая физиономия. Лёха посмотрел на толпу внизу, неопределённо кивнул и скрылся в недрах квартиры.
Буквально через минуту подъездная дверь с тяжёлым лязгом распахнулась. На крыльцо, лениво вытирая губы тыльной стороной ладони, ступил специалист по международному праву и нефтяным контрактам. Светило юриспруденции предстало пред дворовым судом в пёстрой рубахе-гавайке, небрежно расстёгнутой на груди, и широких шортах до колена.