— Отлично. Значит, используем это время с максимальной пользой, — сказал я и поднялся с кресла, обозначая завершение консультации. — Я всё организую, позвоню и скажу, когда и куда нужно подъехать.

— Спасибо тебе, Илья, — она слабо, но искренне улыбнулась, провожая меня к двери. — Если бы не ты, я бы точно сломалась.

Вернувшись в свою квартиру, я первым делом почувствовал аппетитный аромат горячей еды. На кухне уже был накрыт стол, а в центре возвышалась глубокая тарелка с чем-то аппетитно дымящимся.

Света выбежала из комнаты мне навстречу, словно только и ждала щелчка дверного замка.

— У меня всё готово! — с лёгкой гордостью отрапортовала она. — Мойте руки и садитесь.

Я внимательно осмотрел свои ладони. На них не было грязи, однако спорить я не стал. Видимо, это была ещё одна обязательная санитарная традиция аборигенов перед загрузкой биологического топлива. Нарушать устоявшиеся культурные алгоритмы не имело смысла.

Помыв руки, я сел за стол и приступил к дегустации предложенного блюда.

— Вкусно! — совершенно искренне констатировал я, проглотив первую порцию и, памятуя о том, что после перенесённого стресса человеческому организму требуется не только пища, но и позитивное психологическое подкрепление, я решил развить мысль: — Ты большая молодец. Очень хорошо умеешь готовить.

Света смущённо улыбнулась, и напряжение, тяжёлой маской державшееся на её лице с самого визита к отцу, слегка отступило.

— Да это просто пельмени! — со смехом отмахнулась она от моих комплиментов. — Чего их готовить-то? Кинул в кипяток, посолил и жди, пока всплывут.

«Посолить», — сделал я важное открытие.

И почему, спрашивается, фрагментированная память прежнего Ильи ни разу не подсказала мне этот химический алгоритм, способный радикально улучшить вкусовые качества замороженного полуфабриката? Видимо, кулинария у прошлого владельца тела находилась в слепой зоне.

— Ты знаешь, Света, мне надо ещё немного поработать, — сказал я, отодвигая опустевшую тарелку и поднимаясь из-за стола.

Девочка удивлённо захлопала ресницами и спросила:

— А разве вы не на работе работаете?

— Это не совсем обычная работа, — попытался я подобрать понятные формулировки. — И за неё не платят зарплату. Это, скорее, вынужденная юридическая самооборона. Дело в том, что наш дом сносят… точнее, хотят снести.

— Как снести⁈ — вилка Светы со звоном опустилась на край тарелки. — А где же вы будете жить⁈

— Надеюсь, здесь. Но для этого мне…

— Надо поработать. — закончила мысль за меня Света. — Хорошо, а я пока посуду помою. И уберусь.

Я ушёл в свою комнату и наконец-то взял в руку папку с документами, которую я «изъял» у Юлиана Ивановича, директора ТСЖ. По венам прошла горячая волна, я почувствовал добычу. От азарта у меня даже немного дрогнула рука, когда я доставал листы.