Мелькнула мысль, что не стоило оставлять раненого Максимилиана наедине с Фокалорс, но, с другой стороны, что она ему сделает? Она пришла просить убежища, в таком положении не повыпендриваешься.

— А я уж было подумал, ты совсем забыл о моем существовании и наконец настали спокойный деньки, — проскрипел Генрих прямо мне в ухо. — Слышал, тебя вызвали на секретную аудиенцию. Как прошло? Поздравлять или сочувствовать?

— Мне кажется, ты неправильно понимаешь значение слова «секретный», — хмыкнул я, устраиваясь на каменном подоконнике и беззаботно болтая ногами. В коридоре никого не было, звуки я глушил заклинанием, скорее, по привычке, телефон наверняка прослушивали.

— Я тебя умоляю, от гоблинов сложно что-либо скрыть. Тем более когда он хороший юрист, а я привык считать себя лучшим. Надеюсь, ты не продешевил с наградой.

Точно! Забыл попросить обновить свой автопарк… ну ничего, советник еще на месте.

— Как посмотреть. Знаешь загадку про два стула? — Пересказ довольно глупой армейской шутки привел Генриха в полный восторг. — Вот я сейчас выбираю, куда сесть. Приезжай в губернаторский дворец, мне нужна помощь хорошего юриста.

— Скоро буду! Ничего не подписывай без меня и ни на что не соглашайся! В крайнем случае тебя призовут в армию и отправят восстанавливать французскую монархию, всласть намашешься своим топором, вернешься и остепенишься…

— Лучше придерживай свои фантазии, а то чего еще доброго сбудутся. Все, жду тебя.

Не убирая телефон, я вздохнул и начал искать в записной книжке Йорана, немного подумав, перелистнул вверх и позвонил Астрид. Посвященная в мою тайну сестренка пообещала быстро приехать, прихватив с собой Вороновского. Что-то подсказывало мне, что лучше покинуть губернаторский дворец, приняв определенное решение и действовать сразу по нему. Минуточку… это же теперь мой дворец!

Я как-то по новому посмотрел на окружающую обстановку, сразу появились странные мысли «позолоту убрать везде, кроме холла, лепнину оставить, и новые статуи на барельефы, по две на каждую расу». Сразу, блин, обживаться стал. Потряс головой, возвращаясь к реальности, где у императора могло поменяться настроение и через час меня отправят обживаться в Ипатьево вместо амнистированных советников по этикету, и вернулся в кабинет.

Надувшаяся Фокалорс с оскорбленным видом сидела на диване и смотрела в окно. Максимилиан медленно прохаживался по комнате, придерживаясь за встречающуюся на пути мебель.

— Смотрю, вы поладили, — громко хмыкнул я и направился прямиком к бару за стеклянными дверями. После всех обрушившихся новостей мне хотелось срочно выпить.