На описании моих половых подвигов великий магистр опять не выдержал, побагровев, трахнул по столу кулаком ещё раз, прорычал:

— И даже мою дочь!

Привстав, он пару секунд посверлил меня злым взглядом, затем опустился обратно в кресло, буркнул:

— Продолжай.

— А всё, ваше магичество, — отложил секретарь лист, — там только организация демонического кружка и призыв суккуб, на этом его с поличным и взяли. Есть ещё перечень предполагаемых преступлений, но по ним пока недостаточно доказательств у имперских дознавателей.

— И не надо, — отмахнулся великий магистр, — того, что есть, вполне достаточно, чтобы приговор был однозначный — смерть. И я, как глава круга магов и магической гильдии Империи, имею право в отношении члена гильдии привести его в исполнение собственноручно и безотлагательно.

На его лице возникла жуткая ухмылка, и он, громко хрустнул пальцами, вставая, затем посмотрел на остальных судей и поинтересовался:

— Коллеги, возражений ни у кого нет?

Те молча покачали головами, глядя на меня не с жалостью, но с каким-то болезненным любопытством, видимо, до этого момента большинство было знакомо далеко не с полным перечнем моих прегрешений.

— Кхым… — внезапно вмешался секретарь, — ваше магичество, но подсудимый, как было установлено, диплом об окончании магической академии подделал, а членский жетон приобрёл за взятку. Всё это его из членов гильдии автоматически исключает. Он не может пользоваться гильдейскими привилегиями.

Я было обрадовался, понадеявшись, что казнь отложат, и я получу хоть мизерный, микроскопический, но шанс объясниться, но не тут-то было.

— Смерть — это не привилегия, — рыкнул великий магистр. — Но так и быть, ради такого дела я, как глава гильдии, принимаю решение оставить его членом гильдии, с сохранением всех привилегий.

Обойдя стол, он приблизился ко мне, зловеще нависая, прошипел, брызгая слюной в лицо:

— Крейцмер, я ведь всё про тебя узнал. Ты состарил себя зельями, выкрасил в седину бородёнку, — великий магистр в этот момент пребольно меня за неё дёрнул, — но тебе всего тридцать пять. Ты из зачуханной деревеньки с окраин Империи, и всё, что у тебя есть, это твои способности в очаровании и иллюзиях. В остальном ты пшик, ноль без палочки.

— М-ы, м-ы… — я задёргался, вновь пытаясь хоть что-то сказать.

— Последнее желание? — дёрнул бровь великий магистр, но затем губа над клыком у него совершенно по-волчьи приподнялась, — у тебя его не будет. Не надейся. И прощайся с жизнью. Я, великий магистр Дорт Аберлоф, приговариваю тебя и исполняю приговор!

Отступив на шаг, он направил ладони в меня, забормотав какую-то тарабарщину, и те начали светиться оранжевым огнём, становясь всё ярче.