Естественно, мой ответ ребят не устраивает.

— Давай, Кира, расслабься, — уговаривает Зарипов. — За знакомство...

Голос подает девушка напротив. Лиза. Она наш капитан и хореограф, учится на выпускном курсе. Мы несколько раз с ней пересекались на соревнованиях, да и в танцевальной тусовке города она известна. Вполне себе милая и симпатичная, не засветилась ни в одном из студенческих скандалов. Приятная.

— Да, Кир, не стесняйся, — кивает она и подзывает официанта, заказывая мне мохито. — Завтра ничего сверхсложного не будет, а с твоим уровнем подготовки посчитаешь нас совсем детьми.

Улыбается.

— Каким уровнем подготовки? — включается в беседу Матвей.

Антон тоже интересуется, но я скромно молчу, достижений не так уж и много. Зато у Аленки язык за зубами не держится. Оторвавшись от флирта с Русланом Шакировым, она радостно сообщает:

— Так Кира же гимнастка. Могла бы и в сборную попасть.

Когда это было. Она бы мои детсадовские победы вспомнила.

— На шпагат садишься? — Зарипов вытягивает руку, будто приобнимает, но предусмотрительно кладет конечность не на меня, а на спинку дивана.

— Это все, что ты знаешь о гимнастике? — выгибаюсь я, чтобы случайно не коснуться.

Близость с ним напрягает, заставляет настораживаться. Два года проучилась, он на меня даже не взглянул, а сегодня преследовать начал, Аленку подговорил. Зачем? Ему мало побед в списке?

К тому же моя сводная сестренка дружит с его пассией. Ходят слухи, что они расстались, но верится с трудом. Весь институт наблюдает, как их пара то сходится, то расходится. Складывается впечатление, что им суждено быть вместе, хотя бы потому, что Вероника Ахматова из того сорта людей, которые свою добычу не отпускают никогда.

Из-за активных действий брюнета жмусь поближе к Антону. Второй парень спокойнее, вежливее, что ли. Не напирает, просто расспрашивает про спорт, про то, как занималась.

Я развернуто отвечаю, объясняю, на каких стартах побывала. Начинаю пить и улавливаю настроение всеобщей расслабленности. Тянет танцевать, тем более что Данилова уже где-то в середине клуба. Лишь бы про меня не забыла.

Притоптываю ногой в такт музыки, а потом чувствую, как зашевелился Матвей.

Он взъерошивает челку, долго смотрит на меня и хватает за запястье.

— Пойдем, детка. Потанцуем.

— Нет, не хочу, — отнекиваюсь, но не очень уперто.

— Вижу, как не хочешь, пойдем. Ты же должна нас поддерживать? — прикрывает один глаз и прикусывает нижнюю губу. — Какая из тебя болельщица?

Зарипов тянет за собой, и я поднимаюсь. Ведь понимаю, что подначивает и берет на слабо, но ведусь, словно мне лет пять.