Кулик еще раз посмотрел на танки, прикинув, что после того как немцы обзаведутся «фаустпатронами», то на борта придется навешивать «фартуки», что добавит восемь центнеров веса — некритично. Обозрел еще раз пушки — орудия он любил самозабвенно, и сейчас добился того, что желал — «длинная рука» летом не поможет «четверкам», как и противотанковым вариантам на лафете — снаряд просто не пробьет лобовую броню КВ. А выпуск этих танков будет увеличиваться с каждым месяцем — теперь работают два завода, в Челябинске и Ленинграде. На Кировском заводе начинают делать «облегченные» образцы типа КВ-1С, на которые на ЧКЗ перейдут летом, когда выпуск будет увеличен до двух сотен танков в месяц. Не сразу, но перейдут, будет небольшое падение производства, но там сразу серийно погонят модернизированный танк КВ-85, уже с 85 мм пушкой. Затем на него перейдут и в Ленинграде — и уже в сорок третьем все окончательно определится, кто будет «хозяином» на поле боя. Остается только надеяться, что до Сталинграда летом немцы все же не дойдут…
В 1944 году немцы на чешских заводах стали производить новый «истребитель танков» на базе легкого Pz-38 (t). И получили массовое, очень дешевое, но при этом эффективное противотанковое средство, вооруженное пушкой пак-40 с длиной ствола в 48 калибров без дульного тормоза. И этот маленький «гробик» причинил массу неприятностей как американским «шерманам», так и русским «тридцатьчетверкам»…
Глава 15
— Виктор Ильич, в наступление мы перейдем, но у нас в бригадах батальоны двух ротного состава, половина танков Т-60, «тридцатьчетверок» едва четыре десятка, остальные экранированные БТ. В корпусе не наберется полторы сотни танков, и то если со всеми нашими САУ посчитать.
Старокошко развел руками — несмотря на постоянное прибытие танков из ремонта, и получение десятка новеньких Т-34, бронетехники катастрофически не хватало. Но теперь ее стало намного меньше — все те Т-26 и БТ, а таких было две трети от общего количества, просто изъяли из состава танковых бригад и отправляли на московские заводы, которые работали с полным напряжением сил. Эвакуации в столице не проводили, взяв пример с Ленинграда — столицу отстаивали с помощью постоянно прибывающих на Западный и особенно Центральный фронт значительных резервов — стрелковые дивизии прибывали каждый день. И хотя большая часть их была сформирована по «облегченному» штату, без батальонной структуры, с одними полковыми пушками и минометами, но встречались прибывающие с Дальнего Востока кадровые дивизии, полностью укомплектованные, с двумя артиллерийскими полками по довоенным штатам. Шло на фронт и оружие, пусть не мощным потоком, но ручейком, причем «полноводным». В стрелковых дивизиях появлялись новые 122 мм гаубицы М-30 и 76 мм пушки УСВ. Численность 120 мм минометов вернули к прежним апрельским штатам — по четыре на каждый полк, и еще один полк из пяти батарей планировалось развернуть к весне — а это одно свидетельствовало об их все увеличивающемся производстве. Если бы и боеприпасы так же производили, но со снарядами было трудно, хватало только к трехдюймовкам, но по «уменьшенным» нормам. А вот еще в пехоту буквально хлынули противотанковые ружья под новый 14,5 мм патрон — по взводу из полудюжины расчетов ПТР на каждый батальон. И это по штатам, которые имеют свойство быть пересмотрены. Теперь полкам было хоть чем отбиваться — оставшаяся при них батарея «сорокапяток» просто не могла обеспечить противотанковую оборону, и все чаще приходилось прибегать к бутылкам с бензином.