В час ночи я встаю и иду на кухню. Наливаю себе стакан воды, добавляю пару капель успокоительного. Мысли скачут, но я заставляю себя сосредоточиться. Утром Кирилл, Регина и Ева поедут на отдых — на шашлыки, как они это называют. Я должна проследить за ними. Но что, если они меня заметят? Моя машина — ярко‑красная, ее сложно не заметить. А времени на подготовку почти нет…
Внезапно раздается звук открывающейся входной двери, и через несколько секунд на кухню входит сын.
— Мам? Ты почему не спишь? — удивленно спрашивает Глеб, увидев меня ночью на кухне.
Я больше не могу держать все в себе. Слезы подступают к глазам, и я выпаливаю:
— Твой отец изменяет мне с Региной, Глеб! С моей сестрой, с вашей родной тетей!
Глеб смотрит на меня огромными серыми глазами.
— Мам, ты что? С чего ты это взяла?
Выхожу из-за стола, закрываю дверь, отвожу его к окну и рассказываю о том, что вчера видела и слышала.
Сын сжимает кулаки.
— Где сейчас отец? Дома?! Я ему сейчас устрою! — быстро идет к двери. — И Ева тоже получит!
— Нет, нет, успокойся, — догоняю и хватаю его за руку. Шепчу, чтобы не разбудить мужа и дочь. — Не надо сейчас ничего делать. Так будет только хуже.
Глеб делает глубокий вдох, пытается взять себя в руки.
— Что ты предлагаешь? — кипит от ярости. — Позволишь им спокойно уехать утром? А сама будешь рыдать?
— Да, я позволю им уехать, — пристально смотрю в глаза сына, в которых пляшут языки пламени. — Но отправлюсь следом за ними. Мне необходимо достать доказательство измены.
— Поедешь за ними? — вскидывает брови. — А ты разве знаешь, куда они едут? Может, в другой город, мам! Я тебя никуда не отпущу в таком состоянии — это во-первых. А во-вторых: долго следить за ними у тебя все равно не получится, у тебя машина слишком заметная. Думаешь, отец не увидит, что ты едешь за ними? Давай я возьму тачку у Димона, у него вроде страховка без ограничений. Поедем за ними вместе.
Глеб прав: нам нужно действовать тихо и осторожно.
— Мы как раз только что вместе с Димоном отдыхали в баре, он еще не спит. Сейчас наберу ему.
Сын звонит другу, и тот, слава богу, не отказывает ему в просьбе.
— Все, я поехал. Посплю у него. Утром приеду сюда. Буду ждать у соседнего дома. Ты будь наготове. Как только отец с Евой отъедут от дома, выходи на улицу.
Глеб целует меня в щеку и прижимает к себе.
— Я не дам тебя в обиду, мам. Они ответят за все, что сделали.
Глеб тихо выходит из дома, а я возвращаюсь в спальню. Ложусь рядом с Кириллом, притворяюсь, что сплю, но на самом деле я не смыкаю глаз.
Комок в горле не дает сглотнуть, сердце кровью обливается.