Вдруг со стороны соседнего дома доносятся голоса, смех. Мы одновременно оборачиваемся. Из темноты выплывают силуэты — это Ева и какой-то парень. Они идут к нам, болтают, смеются. Вот-вот приблизятся и увидят нас, а нам даже спрятаться негде.
— Бежим! — приказываю Анжеле.
Мы срываемся с места, слышим, как за спиной парень выкрикивает «Стоять!», затем доносится голос Евы:
— Они были у нашего дома! Нужно их задержать!
Мы вылетаем на центральную дорогу поселка — здесь светлее, здесь больше камер, но сейчас это уже не имеет значения. Мы бежим, продолжая прятать лица, хотя я понимаю: можно уже и не прятать. Мы же не совершили преступление. Но если нас поймают с сумкой… если увидят, что у нас с собой…
— Возьми сумку! — говорю Анжеле, когда чувствую, что ноги подкашиваются, а дыхание рвет грудь. — Мне тяжело! Я не успеваю!
Но Анжела игнорирует. Она ускоряется, а я остаюсь позади. Она думает только о себе. О том, как бы спастись, как бы не попасться. На меня ей плевать.
— Сука! — цежу сквозь зубы.
И вдруг из темноты трассы в поселок сворачивает машина, и ее фары освещают силуэт Анжелы. Машина со свистом колес останавливается, свет бьет ей прямо в лицо. Анжела замирает, а я смотрю на машину и понимаю: это Глеб…
Я медленно поворачиваюсь, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Ева и ее парень уже рядом. Ева размахивает руками, кричит Глебу:
— Не пропускай их! Не пропускай!
Глеб выскакивает из машины, бежит к Анжеле, та пытается отскочить, но он хватает ее, прижимает к капоту машины.
В этот момент я чувствую удар в спину, сильные руки сжимают меня, чуть ли не ломая кости.
— Далеко собрался?! — запыхавшись, спрашивает парень.
Меня подводят к Глебу. Он резким движением срывает капюшон с Анжелы, затем дергает и с меня. Кепка падает на асфальт.
На секунду все замирают.
— Регина? — голос Евы срывается на крик. — Ты что, хотела ограбить нас? Убить?!
Глеб смотрит на меня так, будто готов убить здесь и сейчас.
Ева хватает сумку, которую я уронила, распахивает ее, и на асфальт с глухим стуком падают бутылки со средством для розжига. Спички, зажигалка… все, что должно было превратить дом в пепел.
Тишина становится оглушительной. Даже ветер будто перестает дуть.
— Вы хотели сжечь дом? — рычит Глеб. — Вы хотели сжечь нас?
Я открываю рот, чтобы что-то сказать, оправдаться, объяснить, что все не так, что я не хотела никого убивать… но слова застревают в горле. Потому что в их глазах я уже не тетя, не родственница, не человек. Я — чудовище, которое пришло уничтожить их…
Глава 36. ОПГ: Организованная Преступная Группировка, и Ощущение Полной Гармонии