— И поэтому ты тащил всю грязь с улицы в нашу постель? — резко бросает она. — А ты хоть раз предлагал мне попробовать что-то новое?
— Я… я знаю, что очень виноват перед тобой. И я хочу измениться. Сегодня решил, что завязываю со всем, и начинаю новую жизнь, которую посвящу только тебе, нашей семье…
— Поздно! ― ледяным голосом произносит она. ― Развод будет громким и беспощадным. Даже не надейся, что я передумаю или в чем-то тебе уступлю. И да, кстати, не забудь приготовить деньги за компенсацию за измену.
Она снимает передо мной форму стюардессы — медленно, демонстративно. Стоит напротив ― красивая, стройная, с красными ногтями, с распущенными волосами, в кружевном белье. Кидает мне в лицо синюю форму, и надменно поднимает голову.
― Это тебе на память о том, какой могла быть твоя жена, если б ты хоть раз озвучил ей свои предпочтения.
Напоследок обводит меня взглядом, полным разочарования, и, оставив туфли у стола, идет в комнату.
Я сижу, схватившись за голову.
Мир сгорел дотла, превратился в горсть пепла. Только что я решил стать порядочным семьянином, начать все сначала, и все рухнуло в один миг.
В спутанное сознание проникает громкий хлопок входной двери. Выбегаю на улицу и вижу, как Аня идет к воротам.
— Аня! Куда ты? Уже темнеет, до города далеко! — кричу я, догоняя ее.
Она открывает калитку, и я замираю, увидев сына.
Его лицо каменное, глаза горят гневом. Он подходит ко мне вплотную, замахивается и бьет в лицо.
— Это тебе за маму, — цедит сквозь зубы.
Глава 21. Папина доча
* Анна *
— Я думала, ты не успеешь сегодня приехать, — сев в машину, обнимаю Глеба.
— Не стал оставаться в гостинице. Сразу после соревнований поехал в Москву.
— Спасибо, что забрал меня, — вздыхаю, пристегивая ремень.
Глеб молча разворачивает машину и едет с каменным лицом к трассе.
— Сын, все закончилось, выдохни, — шепчу я, касаясь его плеча.
— Мало ему прилетело, — цедит сквозь зубы. — Нужно было всю дурь из него выбить.
— Поверь, не мало, — усмехаюсь я, вспоминая, как Кирилл хватался за сердце, когда смотрел кино с собой в главной роли, как обливался потом, то краснел, то бледнел.
— На очереди Ева с Региной, — произносит их имена так, словно от них жжет язык. — Сейчас сестра получит по полной программе. Она дома?
— Дома. К экзамену готовится, поэтому лучше отложить разговор с ней на потом. Пусть сначала все сдаст.
— Нет, мам! — взрывается сын. — Пусть отвечает за то, что сделала. Плевать я хотел на ее экзамены! Она столько времени покрывала отца, развлекалась с ним и любимой тетушкой, пока ты вкалывала в командировках. Ты как хочешь, но я все ей выскажу прямо сейчас. Экзамены, не экзамены, мне все равно. Я и так достаточно долго все это терпел. И делал это только ради тебя. А сейчас, когда ты поставила отца на место, я буду ставить на место сестру. До Регины тоже доберусь, она за все ответит.