— Ого, — удивленно выдавил он, приподнявшись на руках и приняв сидячее положение. — Долго же я провалялся в отключке. Попить что-нибудь есть?

— Не-а, — неловко развел руками Паша, состроив кислую физиономию. — И шоколадок тоже не осталось.

— Вот вы жруны, — беззлобно пробурчал парень, с помощью лекаря вставая на ноги и слегка покачиваясь. — Двинули быстрее в лабораторию. Я есть хочу.

— Отличная мысль, — улыбнулся я, принимая вертикальное положение.

Отряд сначала неторопливо, а потом все быстрее потопал по метро. Косу приходилось тяжело, но он старался: закусил губу, сдвинул брови и упрямо шел вперед, внимательно глядя себе под ноги. Я тревожно косился на него, готовый в любой момент поддержать парня, если он вдруг начнет падать, но Кос как-то справлялся со своей слабостью.

Так мы добрались до еще одной станции метро, а потом, помогая друг другу, выбрались на перрон, где я картинно торжество прохрипел, тяжело отдуваясь:

— Конечная.

— Если бы не мох, то путь был бы совсем безопасным, — слабым голосом проговорил Кос. Его перепачканное в крови и пыли лицо пересекали следы от дорожек пота, стекающих со лба. Волосы парня склеились и стали похожи на иглы рассерженного дикобраза с изуродованным ухом. Меня позабавила такое сравнение, и я бледно улыбнулся.

Чертовка звонко отчеканила, глядя на меня:

— Еще не время лыбиться. Все за мной.

Она уверенно двинулась в сторону ступеней. Я догнал ее и потопал рядом. Кос и Ботаник шли чуть позади. С тех пор как мой друг очнулся и стал самостоятельно передвигаться, фонарик перекочевал к двужильной ведьме.

Отряд преодолел запутанные коридоры станции и начал подниматься по эскалатору. Тут мы наткнулись на скелет в истлевшем костюме работника метро. Чертовка обыскала его и нашла лишь пластиковое удостоверение личности и карточку метро. Никого такой «улов» не заинтересовал, кроме Ботаника. Он взял из рук ведьмы удостоверение и карточку, сказав, что, после возвращения домой, детям отдаст.

Мы потопали дальше, начав приближаться к поверхности. Счетчику Гейгера это не понравилось. Он начал трещать с нарастающей силой. Мы остановились и надели противогазы, предварительно сменив в них фильтры. Последних оставалось совсем немного. Надо было их экономить. Сей факт удручал каждого из нас.

Озаботившись защитой, отряд продолжил путь и добрался до выхода из метро. Он был практически завален: оставалась только узкая щель между облицованной гранитом стеной и грудой бетонных обломков. Мы по одному, боком, просочились через эту щель, и оказались под серо-стальным небом.