Спартак тихонько проговорил, напряженно вглядываясь во все провалы окон и подъездов:

— Как ты считаешь, Жизеэль будет сотрудничать с городом?

— Зачем ей это надо? — не понял я, усиленно прислушиваясь ко всем подозрительным звукам.

— Как это зачем? Мы окажем эльфийке всестороннюю поддержку во всех вопросах, которые она поднимет, — прошептал полковник, под ногами которого хрустел асфальт. — Ты представляешь, как бы мы усилились, если бы эльфийка стала водить наши рейды в Киберград?

— Не думаю, что она согласится, — пробормотал я, зная об эльфийке намного больше, чем Спартак. — Жизеэль самодостаточна. Припасы эльфийка упомянула лишь для того, чтобы у вас больше не возникало вопросов, почему она помогает нам.

— Да, я понял. Ты говорил, что Жизель мстит своим старейшинам всеми возможными способами, кроме убийства. А что если подтолкнуть ее к мысли, что такое сотрудничество — это некая форма мести? — ухмыльнулся он, блеснув зубами.

— Скорее она посчитает, что усилившиеся люди станут опасны для ее сородичей, — раздумчиво ответил я, крадучись подходя к грузовику.

— А если мы не будем их убивать? — выдохнул полковник, перебираясь через заскрипевший задний борт.

— Как вы себе это представляете? — скептически протянул я, опасливо косясь на лес. — Альвы ведь рано или поздно снова захотят получить рабов… мы разве не станем им в этом препятствовать?

— Хороший вопрос, — обронил Спартак, спрыгнув на землю. В одной руке он держал «миниган», а в другой — автомат. — Знаешь, иногда жертвуя малым, ты обретаешь намного больше. Ты понимаешь, о чем я?

— Ага, — кивнул я головой, стараясь не встречаться с ним взглядом. Мне такая мысль была не по душе.

— Ты смышленый малый. Если нам удастся договориться с Жизеэль о сотрудничестве, то можешь присматривать себе домик в Золотом квартале, — добродушно произнес полковник, как мне показалось не вполне искренне.

— Хорошо бы туда переехать, — предсказуемо пробормотал я то, что он хотел от меня услышать.

— Я думаю, что будет несложно убедить Жизеэль помочь нам. Судя по всему, она буквально ослеплена жаждой мести. Сначала помогла тебе и Косу, теперь вот нам всем. Ее даже мало заботит то, что люди не оставят ее в покое после продемонстрированных умений по сокращению расстояния, — рассуждал на ходу Спартак, не прекращая внимательно смотреть по сторонам.

— Если ей что-то не понравится, то она всегда может скрыться в лесу и ни один человек недостанет ее там, — остудил я пыл Спартака, вздрогнув от порыва ветра, который заставил заскрипеть какую-то железяку, торчащую из земли.