— Значит, ты бросаешь нас? — Погрустнел Франко, но ничего мне не ответил на мою тираду. Потому что знал, что я прав.
— А ты бы на моем месте не бросил? — Спросил я уже зная ответ, а потому откинул голову на мягкую спинку и снова закрыл глаза.
Оставшуюся дорогу мы молчали. Франко молчал, обдумывая что-то свое, а я просто отдыхал, смотря через узкую щель в окно. Город словно вымер. Но обычно оживленных улицах почти не было народа, лишь постоянные разъезды гвардейцев и усиленные посты стражи на каждом переулке, лишь изредка проезжала встречная карета костеродных с охраной. Они похоже перекрыли весь город. И смотря на замерший в тревожном ожидании огромный город, я обдумывал, что мне теперь делать. Но мои чаяния и мечты о тихой и спокойной жизни, о доме на берегу озера с цветами разбились, словно хрустальная ваза. Расколовшись на тысячу мерцающих осколков, стоило нам приехать в палаццо семьи Гуэро.
Глава 4
Стоило нам только подъехать к воротам палаццо. Как вылезла неожиданная проблема. Вернее она была вполне естественна и ожидаема, но я рассчитывал, что она будет несколько позже. Но как обычно у меня бывает, все всегда навалилось разом, и обязательно, в самый неподходящий для этого момент.
— За-акрыто! — Послышался с наружи грубый голос с сильным акцентом, по южной манере растягивая слова — Прика-аз его светлости Абба-аса Гуэро. Всем, кроме королевских дозна-авателей вход во-оспрещен!
— Господин. — Позвал возничий. — Они говорят, что тут закрыто. Какие будут указания?
— Что? — Отозвался Франко вылезая из кареты. — Позовите Алисию. Скажите — Франко де Конте хочет ее видеть.
— Госпожа-а вчера отбыла на ро-одину. А нам приказали не пускать никого, кроме дознава-ателей. Вход за-акрыт. — Повторил он. — Приказ его светло-сти.
— Что? — Теперь и моя очередь настала вылезать из кареты. — Как это отбыла на родину⁈
Я уставился через ажурные ворота на здоровяка в расшитой медными бляшками кожаной жилетке и тяжелым фашардом в руке. Я его видел постоянно, но так и не удосужился узнать его имя. Потому что охрана обычно молчала, а общалась с нами исключительно Фрира. И все вопросы тоже решались через эту похожую на пантеру девушку. Охрана со мной не разговаривала, а я никогда не лез к ним с вопросами. Он посверлил меня взглядом медово-карих глаз. Качнул завязанными в узел дредами, поправил повязку на замотанной бинтами руке и снова повторил.
— Прилетел сокол его светло-ости. — Повторил он. — Госпожа-а отправилась домой. А тебя наш господин тоже желает видеть. Десять тысяч за живого, и две тысячи только за голову.